Об этом не расскажут по телевизору

Выборы как свадебный конкурс, #сказочноебали, профсоюз ликвидируют

Всем привет! В Москве 20 часов 18 минут. Это означает, что в студии «Навальный LIVE» я, Алексей Навальный, чтобы обсудить с вами последние новости. Моё сегодняшнее прозвище «Алексей Навальный или серьезный человек», как назвал меня Александр Румянцев, сопредседатель штаба Владимира Путина. Вот видите, иногда даже какую-то такую похвалу можно от этих людей получить.

Я напоминаю о том, что вопросы вы мне можете задавать в твиттере. Пишите их, пожалуйста, с хэштегом #Навальный 2018. Я их буду читать. Я на них буду отвечать. И я напоминаю вам, что на сегодняшнем эфире мы продолжаем собирать деньги на дрон!

Вот это был напряжённый момент. В сегодняшнем эфире мы продолжаем собирать на новый дрон ФБК, который придёт на смену нашему Володе. Это тот самый Володя, который принёс много радости всем гражданам России и много огорчений различным чиновникам. Он сейчас морально устарел, поэтому нам нужен новый дрон, который сможет летать дальше. Чтобы преодолевать всякие заслоны ФСО, которые ставят всё дальше и дальше по периметру своих охраняемых объектов, которые для нас являются просто объектами, куда жулики инвестировали свои деньги.

Я напоминаю, что главный приз — дрон получит имя человека, который пожертвует самую большую сумму на наш новый дрон. Мы должны собрать всего 450000 рублей.

И у нас сейчас такой расклад: на третьем месте — пользователь dimon, который пожертвовал 8500. И пока ему светит фирменная шапка из нашего магазина. На втором месте — Кирилл Юдин, 10000. Он получает толстовку. А на первом месте с суммой 18200 рублей пользователь с именем Трамп. Поэтому исходя из текущего расклада, скорее всего, новый дрон, когда мы насобираем на него денег, будет иметь имя Трамп.

Веселые старты и пирожки: как Кремль пытается заманить избирателей на выборы

Ну а какая же у нас, собственно говоря, главная политическая новость? Что происходит в стране? И ответ на этот вопрос, конечно, заключается в том, что в стране происходят судорожные, такие действительно судорожные попытки что-то придумать с явкой на выборах. Потому что сами по себе выборы ни в виде дебатов, ни в виде политической дискуссии, ни в виде чего-то ещё абсолютно не проявляются ни в СМИ, ни где-то еще.

Всю неделю мы наблюдали новости о том, как Кремль решил заманивать нас на выборы. Очень смешная статья вышла в издании «РБК», где они достаточно подробно рассказали о механизмах, которые придумал Кириенко для того, чтобы вот заманить людей на выборы. Там предполагаются прямо конкурсы, какое-то безудержное веселье — ну, очень смешно. Из того, что обозначено — это штука, которая будет называться «большие семейные игры». Фото на выборах — это на самом деле конкурс сэлфи. Мы должны прийти на эти выборы, сфотографироваться и через довольно большую и сложную систему отбора будут победители. Будет школьный референдум. Уж я не знаю, какие решения школьники будут на этих референдумах принимать. Видимо, смещать директоров — а на место директора давайте назначим физрука! Но я думаю, и на это Кремль готов пойти, чтобы решить проблему с явкой. И даже какой-то конкурс под названием «Звёздный избиратель» — не очень понимаю.

Помимо этого вчера издание «Медиазона» сообщило нам, что референдумы всё-таки будут, и они опубликовали информацию о том, что в районе Марьино — моём родном районе — принято решение о том, что там одновременно с президентскими выборами будет проходить референдум об объединении районов Люблино и Марьино. Звучит это всё очень странно. Но это подтверждает всё то, о чём недавно поведал нам мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, который сказал, что власть ничего не интересует, кроме явки, а на выборы они будут заманивать различными экзотическими способами, включая референдумы. Некоторые люди усомнились, но очевидно, что Ройзман был прав. Давайте 40 секунд послушаем его, чтобы вспомнить, что он нам сказал.

[5:00 — 5:47] Видео: Евгений Ройзман о том, какими способами будут повышать явку.

Я считаю, что всего этого недостаточно. Ну, недостаточно просто референдумов и конкурса «Звёздный избиратель». На самом деле хочу, пользуясь случаем, поскольку я уверен, что администрация президента смотрит нашу замечательную передачу, может быть, даже Путину они покажут её кусочек... Ребята, я подскажу вам, как решить ваши проблемы! Я знаю. Просто вы далеки от народа и не помните, какие на самом деле конкурсы заводят всю страну.

Ну что такое конкурс сэлфи? Это смехотворно. Давайте вместе подумаем. Каждый из нас был на конкурсе. И этот конкурс такой, что вы запомнили его на долгие годы. Это, конечно, никакой не конкурс сэлфи. Это свадебные конкурсы. Вот он, главный развлекательный жанр страны. Я больше чем уверен, что подавляющее большинство зрителей было на свадьбах, и там, когда тамада объявляет конкурсы, каждый просто сжимается вот так вот и думает: «Господи, Господи, пожалуйста, не дай Бог, только не я, только меня не вытаскивайте сейчас, чтобы участвовать в этом конкурсе!»

Вот это нам нужно. Я считаю, что на каждом избирательном участке лично Путин, Кириенко и все остальные должны организовать подобные конкурсы и весь выборный процесс. Весь выборный процесс мы должны организовать вот именно так, как устроены конкурсы. Тогда явка будет. Например, зачем бросать бюллетень? Достал скучно бумажку и кладёшь в избирательную урну. Как на конкурсе, вот таким образом мы должны голосовать.

Я считаю, что всего этого недостаточно. Ну, недостаточно просто референдумов и конкурса «Звёздный избиратель». На самом деле хочу, пользуясь случаем, поскольку я уверен, что администрация президента смотрит нашу замечательную передачу, может быть, даже Путину они покажут её кусочек... Ребята, я подскажу вам, как решить ваши проблемы! Я знаю. Просто вы далеки от народа и не помните, какие на самом деле конкурсы заводят всю страну.

Ну что такое конкурс сэлфи? Это смехотворно. Давайте вместе подумаем. Каждый из нас был на конкурсе. И этот конкурс такой, что вы запомнили его на долгие годы. Это, конечно, никакой не конкурс сэлфи. Это свадебные конкурсы. Вот он, главный развлекательный жанр страны. Я больше чем уверен, что подавляющее большинство зрителей было на свадьбах, и там, когда тамада объявляет конкурсы, каждый просто сжимается вот так вот и думает: «Господи, Господи, пожалуйста, не дай Бог, только не я, только меня не вытаскивайте сейчас, чтобы участвовать в этом конкурсе!»

Вот это нам нужно. Я считаю, что на каждом избирательном участке лично Путин, Кириенко и все остальные должны организовать подобные конкурсы и весь выборный процесс. Весь выборный процесс мы должны организовать вот именно так, как устроены конкурсы. Тогда явка будет. Например, зачем бросать бюллетень? Достал скучно бумажку и кладёшь в избирательную урну. Как на конкурсе, вот таким образом мы должны голосовать.

[7:23 — 7:37] Видео: первый способ голосования.

Ну согласитесь: это выглядят гораздо круче. А наблюдателям как интересно! И считать они могут. Ну, если такой способ, всё-таки бумажку так держать не очень удобно... Есть ещё один известный способ голосования, который мы можем взять со свадьбы.

[7:54 — 8:08] Видео: второй способ голосования.

Конкурс «карандаш в бутылку» — это же просто классика. Каждый из нас это видел, каждый из нас до сих пор покрывается пятнами красными от ужаса и стыда, что он это видел и уже никогда не сможет развидеть. И на участках мы должны видеть именно это, потому что вот эти конкурсы, за которые мы все друг перед другом стыдимся, очень близки к этим выборам. Потому что эти выборы и есть позорный стыд. А вообще, то, что делает администрация президента, это надувание явки. И свадьбы, именно свадьбы лучше всего показывают нам, как нужно надувать явку.

[8:48 — 9:20] Видео: как нужно надувать явку.

Ну вот видите: это то же, что происходит: на одном кресле Путин, на другом — Медведев, они прыгают, прыгают, прыгают, явку надувают, надувают, надувают, а потом «бах!» — кульминация, взорвалось... Путин снова стал президентом, классно же... Это привлечёт людей на выборы! Ну и вообще весь выборный процесс — почему он такой скучный, если у нас такие классные свадьбы? Если мы говорим про дебаты, давайте же вспомним знаменитый, уверен, что каждый знает, знаменитый конкурс «кто быстрее», вернее, как дебатирующие могут лопнуть шарик. Это должны быть дебаты! Я считаю, что дебаты между Собчак и Грудининым должны выглядеть так:

[10:01 — 10:16] Виде: как могли бы проходить дебаты Собчак и Грудинина.

Ну признайтесь, что я прав! Никакие конкурсы сэлфи, никакие штуки, которые придуманы, не заменят этого всего. Послушайте, было объявлено на прошлой неделе, что Московская областная избирательная комиссия каких-то брелоков, карандашей и блокнотиков закупила на 236 млн рублей... Зачем? Зачем это всё нужно? Мы выбрасываем огромное количество денег, надеясь, что приманим человека блокнотиком?

Просто воздушный шар... И просто кандидат, который, как на свадьбе, вступает в дебаты с помощью воздушного шара. И народ пойдёт на участки, и это будут настоящие выборы Владимира Путина! Красивые, хорошие, как вы слышали, наверное, или читали в газетах, это официальное поручение администрации президента — сделать так, чтобы на участках была атмосфера праздника. Я считаю, что наши свадебные традиции создадут такую атмосферу.

Помимо этого всего референдум, о котором я уже сказал. Лично я нахожусь в недоумении, потому что заявлено, что в Марьино и Люблино будет референдум об объединении этих районов. Помимо того, что это содержательно даже бессмысленно обсуждать (это будет какой-то сверхрайон с населением в 500000 человек), возникает вопрос: как они заманят людей идеей такого референдума? Я не очень понимаю, что, жители Марьино и Люблино должны бежать для того, чтобы проголосовать за объединение районов? Или, наоборот, голосовать против объединения районов?

Единственное, что можно предположить — что они начнут пугать пенсионеров. Зинаида Петровна будет говорить Валентине Тихоновне: «Ты представляешь, эти гады объявили референдум! Либералы объявили референдум! Хотят объединить наши районы, и нашу поликлинику марьинскую перенесут в Люблино». И наоборот. «И поэтому мы должны пойти на выборы и проголосовать, а иначе, представляешь, на автобусе придётся ездить в поликлинику!»

Наверное, это так... И насколько мы понимаем сейчас, насколько есть инсайды из органов государственной власти, такие референдумы планируются и по всей стране, и по всей Москве. Просто они хотят их объявить и ознакомить нас с тем, что «ребята, у вас будет референдум непосредственно в марте!» Что, кстати, очень интересно, потому что референдум — это такая практически запретительная процедура. Для проведения референдума нужно собрать голоса, подписи пяти процентов жителей этого населённого пункта, здесь — районов. Это просто нереально! Представляете — за какой-то сжатый срок, за месяц, собрать 5% подписей жителей Марьино, ещё и тайно от нас, чтобы непосредственно в марте сказать: «О, будет референдум, они собрали подписи!». Понятно, что это будет грандиозный мухлёж, грандиозная подделка этих самых подписей. Поэтому все, кто знает, как это готовится, пишите нам, пожалуйста, мы будем стараться этих мошенников ловить. Но, видимо, Ройзман прав: такое будет по всей стране, и нас будут пытаться обмануть идеей, что давайте участвовать в референдумах.

Очень много веселья я видел в социальных сетях после статьи «Медиазоны», и несколько твитов обратили внимание на реально классные идеи, например, люди считают, что если уж проводить референдум, то давайте проведём референдум на настоящие темы, а не объединение районов. Ну, например, Самара и Саратов. Давайте проведём референдум об объединении Самары, Саратова и Саранска, во-первых, поменяем им название, во-вторых, объединим в один регион. Например, можно объединить Марьино и Марьину роща.

— Так, я вижу progress bar, мои шутки остановились, потому что… Правильно ли я понимаю, что мы собрали деньги на наш дрон? Видимо, вот то, что он влетел сюда в кадр, произвело такое грандиозное впечатление. Правильно я понимаю?
— 300 тысяч нам задонатили.
— Как зовут этого человека?
— Nebulas.
— Ну, ок, наш новый дрон… Ура! Я ужасно рад, это странное имя для дрона — Nebulas, но штука в том, что некий человек только что перевёл единоразовый донат в 300 тысяч рублей.
— Сообщение: «Крипто-инвесторы предлагают назвать дрона в честь новейшего блокчейна».
— Я не знаю, что это означает. Предполагаю, что какие-то хитрые люди решили таким образом прорекламировать себя. Но так или иначе, мы деньги собрали, и в полном соответствии с нашим обещанием нового дрона будут называть Nebulas. Может быть, это на каком-то странном языке — ужасное матерное слово, или, если в обратную сторону прочитать, это будет «Слава Путину», или какая-то аббревиатура, но, так или иначе, сменщик нашего Володи будет Nebulas«ом.

Я поздравляю победителя! Связывайтесь с нами. Тогда, соответственно, Трампу достаётся толстовка наша фирменная, Кириллу Юдину достаётся фирменная шапка. Ребята, спасибо огромное всем, кто участвовал в сборе денег на дрон. Дело не в призах, а дело в том, что это — наша солидарность, наш ответ на власть. Мы вместе соберём новые дроны, будем снимать... Албуров сидит здесь, жалко, что вы его не видите: счастливый-счастливый, очень-очень радостный тем, что есть деньги на супердрон. Какой конкретно дрон — можете прочитать у него в Твиттере, там он подробно пишет.

Давайте вернёмся к референдуму. Так вот, можно объединять Самару и Саратов, можно, например, объединить Марьино и Марьину Рощу, чтобы никто не путался. Один пользователь в Твиттере обратил внимание, что можно сделать референдум о переносе Котельнической набережной и высотки на Котельнической в район Котельники. Шутка, понятная только москвичам, но она очень хорошо показывает, что такое эти референдумы.

Я бы предложил вообще жёстко действовать. Хотим референдум и чтобы все люди пришли? Давайте объявим референдум о принудительных гей-браках. И народ пойдет. Тоже надо сказать, что представляете, либералы тайно собрали подписи с помощью Госдепа США и хотят провести референдум, и будут принудительные гей-браки. Всех, значит, мужиков будут пересчитывать и женить на других мужиках. И единственный способ это остановить — по всей стране пустить клич. Путин будет кричать: «Голосуйте за меня, а также идите на участки и сделайте так, чтобы мужчин не женили на других мужчинах!» И тогда пойдут — и мужчины, и женщины, и все на свете пойдут.

Шутки шутками, но я на самом деле не сомневаюсь, что какие-то подобные адские вещи вроде выноса Ленина из мавзолея будут применять, потому что нет у них другого способа заманить людей на эти выборы, потому что эти выборы — полная фикция.

Кстати говоря, вы обратили внимание, что почти нигде нет социологических опросов? Обычно перед выборами нас ими заваливают, вот рейтинги такие, рейтинги сякие, смотрите на рейтинги. Почему они это делают? Потому что в совсем фальшивые рейтинги люди не поверят, а публикация реальных рейтингов покажет людям расклад заранее, ведь администрация президента, придумав этих кандидатов, придумала расклад, при котором Путин гарантированно получит свои больше 70%. Потому что остальные кандидаты а) ничего не делают и б) не способны приобретать никакие голоса.

Я просто хочу объявить вам, что Фонд борьбы с коррупцией, ну и наш Штаб забастовки, мы начинаем делать еженедельные общефедеральные социологические опросы. А вы помните, что практика многократно подтверждала, что наши социологические опросы — самые точные. У нас есть методика, и мы совершенно точно не врём по поводу результатов. И мы будем делать каждую неделю общефедеральный опрос, и результаты его я буду публиковать вот в этой программе. Поэтому, еженедельно из этой программы вы будете получать самую лучшую, качественную социологию.

Нам нужны волонтеры, которые будут участвовать в этом. У нас довольно много людей, которые готовы опрашивать по вечерам. Но поскольку нужно опрашивать и Дальний Восток, нужны люди, которые готовы работать, помогать нам и в первую половину дня . Мы всему вас научим. И, если кто-то в Москве хочет поучаствовать в этой очень важной работе по соцопросам, приходите, пожалуйста, в наш штаб на улице Восточная 13. Он открыт ежедневно с 11:00 до 20:18. Приходите. С вами там поговорят, а мы поймём, когда вам удобнее работать. Мы вас всему научим и отправим в колл-центр, где вы в весёлой компании будете участвовать в проведении опросов.

Я тоже туда довольно часто прихожу и участвую в этих опросах. Будем рассказывать вам о рейтингах кандидатов.

Кстати говоря, мы говорим: «Выборы, выборы, выборы, выборы...» А кандидаты? А что там с кандидатами произошло за последнюю неделю, за последние две недели? Потому что во время избирательной кампании, её официальной части есть два самых супернапряжённых момента. Последний супернапряжённый момент — это последние две-три недели избирательной кампании. Там должны быть дебаты, там должна быть телереклама, ну и вообще, кандидаты должны работать на износ. Но в каком-то смысле даже ещё более важный момент — он сейчас, когда кандидаты должны собрать подписи.

От сбора подписей у нас освобождены кто: Грудинин — парламентская партия — и Жириновский. Они не должны собирать подписи. Все остальные кандидаты, включая Путина, и в первую очередь Путина, должны, вообще-то, собирать подписи. Кому-то нужно 100 000 — Явлинскому, Собчак, Титову, кому-то нужно 300 000 — Путину и ещё там вроде бы будет пара самовыдвиженцев.


Я вот смотрю на это и поражаюсь. В нашем плане со 2 января я и весь наш штаб вошёл бы в режим, знаете, «белки-истерички» — видели, наверно, такие картинки в Интернете, когда белки прыгают вокруг дерева и кричат «Боже мой! Кошмар! Это же дерева листочек, листочек, листочек. Нужно что-то делать!» Потому что подписи собрать очень сложно.


Мы год строили систему. Год. У нас есть штабы в 84 регионах. И то мы понимали, что как только начинается официальный сбор подписей, мы будем катастрофически не успевать. Это очень дорого, очень сложно. Я бы во время этой передачи не развлекался с дроном Володей или как там будут называть следующего нашего дрона, я бы просто через каждую секунду говорил: «Ребята, приходите! Сдавайте подписи. Они нужны. В Москве мы уже собрали, в Питере собрали. Приходите в Липецке, приходите в Орле». Это была бы суперинтенсивная работа, ради которой мы строили всю эту сеть.

И вы посмотрите, как вот эти ребята «собирают» подписи. Такое впечатление, ну, я не знаю.. За них добрые гномики что ли собирают? Какие-то кандидаты, знаете, они сидят с сигарами, не делают в основном ничего: они не пишут в социальных сетях этих самых призывов, они не ездят, не проводят какие-то митинги.

У Путина удивительная такая штука получилась: в различных торговых центрах появились такие стоечки. На стоечках стоят какие-то мальчики и девочки. И весь Интернет забит свидетельствами о том, что если вы встанете напротив этой стоечки, вы увидите то, что за час туда подходит два-три человека. То есть тоже особо подписи никто не сдаёт. Остальные кандидаты вообще не делают ничего с этой точки зрения. Хотя это огромная, суперинтенсивная работа. Я не понимаю, как это происходит.

И я хочу ещё раз вам сказать — я знаю, что штабы кандидатов на меня обижаются — я хочу сказать, что, конечно, все подписи, которые они понесут в Центральную избирательную комиссию, будут поддельные. Мы видим, что это именно так происходит. Потому что невозможно собрать, нотариально заверить, заверить сборщиков, вот эти вот бумажки все правильно оформить, распространить их по стране, заполнить, сброшюровать, подшить, проверить подписи, вычеркнуть ненужное и отправить сюда. Мы делали это много раз. Это ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ сложная работа, но никто её вообще не делает. Где эти все кандидаты?

«Яблоко» уже заявило, что собрали уже 70% или 60% подписей. Как?! Как вы умудрились сделать это так, чтобы вообще никто не заметил в стране? Без разгона агитационной кампании?

С точки зрения активного участия в сборе подписей нас сегодня больше всего удивила Ксения Собчак. Это произвело впечатление на штаб в частности, потому что Ксения должна сейчас активно собирать подписи... и она уехала собирать подписи, или не знаю, что делать... на Бали.

И вот, вы видите фотографии из Инстаграма, красным подчёркнут какой-то отель, там какой-то корпоратив. Она то ли ведёт корпоратив, то ли не ведёт корпоратив. Так или иначе, кандидат, который заявляет: «Ребята, я — представитель оппозиции, я иду на эти выборы!», в самый суперответственный и очень короткий срок, отведённый для сбора подписей, уехала на Бали!

На самом деле дело не в Ксении. В конце концов, давайте серьёзно скажем: разве мы ожидали какого-то другого формата ведения избирательной кампании? Просто именно её поездка на Бали натолкнула меня на мысль…

Вы помните хэштег #сказочноебали? Сказочное Бали! Не буду его слитно произносить. Известная была шутка в Интернете… Девушка некая поехала на Бали, сделала там свои красивые фотографии, как она в волнах, там, волосы, накидки и всё такое. И она везде вешала хэштэг #сказочноебали. Ну, девушка была, вот, не подумала.

… И я подумал, вы знаете, это же вообще универсальный хэштег для того, что происходит на этих выборах, только нужно добавить немножко:

#сказочноебалиВсехИзбирателейРоссии

Я извиняюсь, не удержался, подумал, что нужно вам всем сказать. Это и есть то, что связано с выборами в России. Поэтому не нужно на них идти, если вы не хотите, чтобы с вами делали то, что происходило на Бали. Не нужно! Стыдно и позорно туда идти! Зачем это надо? Зачем участвовать в кампании, где Путину гарантированы 70%, а все остальные кандидаты занимаются такими вещами? Мы хотим быть частью этого всего? Нет, мы не хотим!

Я призываю вас продолжать требовать нормальных выборов, продолжать требовать вернуть вам ваше избирательное право. Это означает, что нужно участвовать в нашей забастовке избирателей всеми силами. Это просто: агитируйте людей не ходить на выборы, делайте всё что угодно, чтобы никто не пошёл на выборы, участвуйте в нашей акции 28 января. В описании к этому видео есть ссылка. Зайдите туда, найдите свой город и приходите на митинг.

Это не митинг за допуск Навального, уже давно нет, это митинг за то, чтобы нам вернули наши политические права. Это митинг за то, чтобы с нами считались.

Это митинг за то, что мы не готовы называть это президентскими выборами, а мы вполне созрели к тому, чтобы были нормальные выборы, нормальные кандидаты, нормальные дебаты, чтобы кандидаты боролись за наши голоса. Мы отказываемся в этом участвовать, и каждый может внести свой вклад в забастовку избирателей.

Они развешивают эту свою чушь в каждом подъезде… вы же видели эти логотипы, бумажки, листовки ЦИКа про «приходите на выборы», они будут делать двойные поквартирные обходы. Ваш подъезд, ваша школа, институт, учреждение — всё будет заклеено этой дрянью от ЦИКа. Они миллиарды рублей потратят на «Приходите на Выборы! Приходите на Выборы!»

Ну, раз они клеят в вашем подъезде — возьмите фломастер и напишите поверх этого всего, что хотите. Висит в школе или институте — достаньте ручку и тоже напишите, сорвите. Нужно бороться с ними, под лежачий камень вода не течёт.

Я не могу вас призывать портить какие-то большие конструкции, это уже могут истолковать как причинение ущерба имуществу. Но вот в Санкт-Петербурге замечательная Центральная избирательная комиссия повесила такую штуку на въезде в город, а через пару дней кто-то на ней написал «забастовка 28». Молодцы, петербуржцы, молодцы, кто это сделал, так и нужно с этим бороться! Не нужно считать это вандализмом. Эти жулики берут наши деньги, чтобы рекламировать липу, которая называется выборами. Этого терпеть нельзя, с этим нужно бороться всеми нашими силами. Каждый, пожалуйста, участвуйте!

Что-то я разошёлся и не отвечал на ваши вопросы… огромное количество пришло про акцию «цветы для полиции». Я не знаю, что это такое, после эфира изучу и на следующей передаче вам отвечу.

Расскажите о подготовке исков в Конституционный суд и ЕСПЧ.

— В Конституционный суд иск мы готовим, с ЕСПЧ это не связанные процессы, я должен быть в Страсбурге 24 января и буду там выступать на Большой палате по своему делу об административных задержаниях. Там будет решаться вопрос о признании их политическими или не политическими, но это не связано с выборами и не связано с моим недопуском.

На самом деле, реально, давайте закроем тему. Никакой ЕСПЧ, никакой Евросоюз, никто не поможет нам добиться нормальных выборов, только мы сами. Да, мы пройдём все юридические шаги, но не нужно этому уделять много внимания

— А как бороться с фальсификацией явки, если один человек может обойти десять участков и отдать голоса? А если 250 человек? Мы не запомним всех и каждого.

— Этим и отличается наши забастовка от просто бойкота, от просто «не похода» на выборы. Мы постараемся выставить огромное количество наблюдателей, я имею в виду десятки тысяч. Наши наблюдательские движения, различные партии кандидатов занимались много раз этим, но никто никогда одновременно не выставлял эффективно, скоординированно больше семи тысяч наблюдателей, восьми, максимум десяти. Если это и выставлялось, то в основном Москва и Санкт-Петербург. В первую очередь — Москва, в центре города, мы знаем, там по 8 наблюдателей было на участке, а на периферии уже гораздо меньше.

Мы будем закрывать наблюдателями Башкирию, Татарстан, Дагестан, Мордовию, те регионы, где как раз творится беспредел. Именно таким образом мы будем противостоять. Мы бойкотируем выборы, участвуем в забастовке, но это не значит, что мы глазки закрыли и ничего не делаем. Мы наблюдаем за этим процессом, комментируем его ход, высмеиваем его и выставляем наблюдателей, чтобы контролировать. Это абсолютно важно.

— Как вы прокомментируете разговоры о том, что Путина давно нет в живых, а страной правят его клоны?

— Я тоже вижу смешные подборки про «разного Путина», конечно, никакие они не клоны, это всё настоящий, всамделишный Путин, просто он, мне кажется, слишком увлёкся пластическими операциями, и они, может быть, не очень удачно у него проходили.
— У мамы на работе, она учительница, на педсовете раздавали листовки, на них было написано «Мы за Путина». Директор сказал: «Вы должны это подписать». Ему ответили: «А если мы не хотим это подписывать?»... «За вас всё уже решили.» Хасавюрт, Республика Дагестан.

— Ну, начальник решил, что за вас всё решили... Ну, решили — отдал листовку, не надо спорить с начальником, просто другим учителям ваша мама пусть скажет: «Раз так — мы не пойдём, мы своим соседям скажем, что не пойдём, тогда я попрошу своего сына прийти на участок и наблюдать, сколько народу пришло».

Совсем недавно в Татарстане, когда там были референдумы, я рассказывал об этом, на участках, где мы поставили наблюдателей, явка была 20%, 15%, 10%, а где не было наблюдателей — снова 85%, 95%!

Не всегда надо входить в прямую конфронтацию, не нужно у начальника забирать листовки и швырять ему в лицо, он такой же точно, он тоже не за Путина. Просто нужно молча и упорно делать своё дело: не ходить, агитировать, наблюдать.

— Вот, поясняют мне про «цветы для полиции»... Участники митинга 28 января хотят подарить сотрудникам полиции цветы, чтобы показать свои мирные намерения, отказ от насилия. Что думаете, Алексей?

— Я думаю, что это нормальная идея, такого рода акции происходили во многих странах, это один из распространённых флешмобов во время мирных демонстраций, когда власть пытается доказать, что демонстранты злодеи, а мы, наоборот, дарим цветы полиции.

Нужно быть готовыми к тому, что власть скажет: «О! Это же как на Майдане! Украинцы то же самое делали! И Сербы! И в Египте то же самое делали!» Они в любом случае это скажут, но акция неплохая. Сейчас более ста городов участвует в акции 28 января, если в каких-то городах участники это сделают — это будет хорошая идея, мирная, добрая и милая.

— «Что Вы думаете по поводу игорного бизнеса в Москве?» — спрашивает Константин Карнаух.

— Ну, я думаю, что игорный бизнес существует, нам заявили о том, что его ликвидировали, его стало гораздо меньше, но нелегально он существует в довольно большом количестве. Со мной последний раз сидел в спецприёмнике чувак, который работает охранником в нелегальном казино. Он довольно много и интересно мне рассказывал, как это устроено, но главное, на самом деле это всё крышуется полицией. Все об этом знают, само полицейское начальство ходит играет, отстёгивает деньги, всё устроено именно таким образом.

Одна тема, про которую довольно мало говорили в прессе, а мне кажется, она очень важная. Особенно в либеральной прессе среди таких продвинутых людей в Интернете, им кажется, что вопрос профсоюзного движения — какая-то странная вещь, это ни капли не заслуживает внимания. А между прочим, вчера случилась принципиально важная вещь, которая очень хорошо показывает трансформацию и видоизменяемость этого политического режима.

Борешься за повышение зарплаты — ликвидируем

Между прочим, в этом году 1 февраля, по-моему, будет 100 лет началу реального профсоюзного движения в России, когда были зарегистрированы первые профсоюзы. Годовщина, да? И вот сейчас, в год годовщины, суд в Санкт-Петербурге удовлетворил иск прокурора города о ликвидации профсоюза работников автопредприятий в России — межрегиональный профсоюз «Рабочая ассоциация». Это первый раз, когда суд ликвидировал профсоюз в судебном порядке.

Почему это было сделано? Мы же знаем, что такое профсоюзы в России. Официальное профсоюзное движение, так называемая Федерация независимых профсоюзов, это, конечно, сборище абсолютно продажных людей и коллаборационистов, такие путинские шестерки, которые получили огромное количество недвижимости со времён Советского Союза, профсоюзной недвижимости, и вот они перед Путиным ходят на задних лапках: они голосуют и поддерживают все законопроекты, которые в том числе направлены против рабочих, они выдвигали постоянно Путина в президенты все 18 лет, т.е. это абсолютно коллаборационистская организация.

Но есть в России несколько независимых профсоюзов, и есть один профсоюз, который реально организовывал стачки и забастовки, чтобы добиваться повышения зарплаты рабочим, трудящимся. Ну, то, что должен делать профсоюз. Именно они организовывали забастовки в Ленинградской области, во Всеволожске. Это те самые люди на заводе Volkswagen в Калужской области, где идёт сборка иностранных автомобилей, где приняты хоть какие-то формальные меры, чтобы платить рабочим побольше зарплату, какой-то иностранный менеджмент.

Там люди объединились довольно разумно, они не требовали гигантских зарплат, они требовали разумных нормальных зарплат, делали стачки, добивались этого всего. Там были нападения на лидеров профсоюзов, избиения, такой Этманов у них был один из лидеров, его избивали, по-моему, даже несколько раз избивали. И вот сейчас власть ликвидировала этот профсоюз в судебном порядке.

Это к вопросу о том, что наша борьба против Путина и против этого режима — это не борьба каких-то хипстеров или фрилансеров, журналистов, людей творческих профессий и так далее. Они все есть у нас, но этот режим — это сборище воров. Вот, пожалуйста, они рабочих притесняют, они ликвидировали профсоюз. Нам-то казалось: «Господи, где ж мы, такие жители городов модные со стаканчиками кофе ходим, и вот такие мы с бородами все». А здесь настоящие рабочие требовали повышения зарплаты — не будет тебе повышения зарплаты, ликвидируем профсоюз.

Ликвидировали — вы знаете, почему? Потому что это — профсоюз настоящий, нормальный, он вступил в международное профсоюзное движение. И те им перечисляли какие-то деньги, как, опять же, организовано международное профсоюзное движение: богатые профсоюзы тех же самых работников автопредприятий помогали своим собратьям-коллегам здесь, в России, и их объявили из-за этого иностранными агентами, их из-за этого ликвидировали. Единственный, который организовывал стачки, ликвидирован.

Это говорит о том, как широко должно быть и может быть, и будет наше движение. Потому что все к нам примкнут: все люди, которым не нравятся политзаключённые; люди, которым не нравится цензура; люди, которым не нравится мракобесие, и люди, которым не нравится, что нарушают их трудовые права. Зарплату им отказываются нормальную платить. Куда они ещё придут? В этот суд, в Единую Россию, которая выступает за ликвидацию, к коммунистам, которые в первую очередь должны выступать за права профсоюзов, но молчат-помалкивают, ничего не говорят об этом?

Вообще, кто об этом говорит? Я об этом говорю, мы об этом говорим. Это очень важно, на самом деле. Я призываю всех, во-первых, изучить эту ситуацию, во-вторых, я призываю всех журналистов активно об этом писать, правозащитникам помогать. Сегодня Агора, одна из немногих реальных правозащитных организаций, много об этом писала. И, конечно, я передаю солидарность всем рабочим, которые были членами этого профсоюза.

— Узнать об акции можно на YouTube-канале «Блог Жукова».

— Это, я так понимаю, про «цветы для полицейских»? Заходите.
— Алексей, очень важно знать, за кого вы в Великой Пунической войне?

— Не готов ответить на этот вопрос.
— Почему вы не покупаете рекламу на ТВ, чтобы пожилые люди знали, кто такой Алексей Навальный?

— Вы шутите? Какая реклама на ТВ? Социальная сеть ВКонтакте и даже Яндекс отказываются продавать нам рекламу, заявляя, что они не покупают политическую рекламу.

Это интересная штука, потому что буквально на прошлой неделе во ВКонтакте появилась реклама Собянина, и все задали им вопрос резонный: «Как это получается? Навальному вы много раз демонстративно отказывали, а Собянин — не политическая реклама?». ВКонтакте ужами вертелись, отвечали невнятные вещи, типа Собянин — мэр, поэтому его реклама — не политическая, а Навальный поскольку не мэр и не президент — его реклама политическая. На самом деле, понятно: лицемеры и трусы. При всей моей любви к социальной сети ВКонтакте, безусловно, её руководители — люди, которые обслуживают интересы власти. Увы и ах.

Мы много раз хотели покупать рекламу, кое-где и покупаем, но на ТВ всё абсолютно закрыто. В моем блоге вы найдёте интересную смешную историю:

В 2015 году мы участвовали в выборах в Костроме, участвовал Илья Яшин и «Парнас», а мы поддерживали и организовывали эту кампанию, я ездил и участвовал в местных дебатах. Мы решили, нагло и с ходу пришли и купили несколько билбордов. И вот, в один прекрасный день люди вышли на улицу и увидели билборд, а на нём висит Навальный, мы повесили это в Twitter, и все такие: «Ничего себе! А разве так можно было?»

Мы уже ликовали, шутили и смеялись, а на следующую ночь приехали какие-то мужики и эти билборды спилили. То есть, не то что содрали бумагу, а прямо объявили той компании, которая нам продала рекламу, что их конструкции незаконны, и прямо спилили их болгаркой.

— У меня нет 300001 рублей, но дрон вам нужно назвать «Саурон».

— Красивое имя, но мы пообещали, что назовём его в честь самого большого жертвователя.
— «Алексей, как Вы относитесь к тому, чтобы в выборах участвовали только реальные налогоплательщики?» — спрашивает меня Американьский Шпиён.

— Как раз вопрос от американского шпиона. Нет, я против этого. Существует много различных концепций: что должен быть имущественный ценз, образовательный ценз, ну, чтобы только продвинутые люди: мы — умные, и мы платим налоги, и мы хитрые, давайте не будем пускать всяких охламонов или пенсионеров — они же налоги не платят. Давайте только мы и будем голосовать. На самом деле, это порочная система, ни к чему хорошему она не приведёт. Должно быть всеобщее избирательное право. Не нужны будут все эти ухищрения — только налогоплательщики, когда все кандидаты будут допущены на выборы, это просто не нужно будет.

Так, блог Жукова. С Жуковым надо разобраться: кто такой Жуков, потому что он заполонил абсолютно все вопросы.

— Баранова Надежда: «Вчера я почти переубедила сторонников Грудинина, сегодня успешно призвала к забастовке аудиторию сайта TheQuestion. Я молодец? Я молодец!)»

— Надежда, конечно, Вы молодец. 5 минут в день должен тратить каждый из нас, и не будет там никакой явки, и будет Путин лично танцевать с карандашом, опуская его в бутылку шампанского, или участвовать в дебатах с шариком, чтобы хоть кого-то привлечь. Прошлую передачу посмотрели на сегодняшний момент 380 тысяч человек, предположим, 80 тысяч из них не согласны, а смотрели просто для того, чтобы говорить: «Вот уж этот Навальный, какой негодяй». Но представляете, 300 тысяч человек? Даже только 300 тысяч, хотя у нас гораздо больше подписантов, мы вообще можем переагитировать всех: 5 минут в день делать что-то и всё!
— Леонид пишет: «Граффити! Рисуйте все граффити!»

— Совершенно верно. Рисуйте граффити, только не попадайтесь, пожалуйста. И, пожалуйста, не рисуйте граффити на каких-то культурных или исторических объектах, имеющих ценность.
— Jeffrey666Blake возвращается ко мне с вопросом и ругается на меня: «Вы не ответили на мой вопрос! В каждом участке будут разные наблюдатели! А человек, который отдаст 5-10 одинаковых голосов, будет один!»

— Джеффри имеет в виду так называемое «круизное голосование»: когда люди проголосовали в разных местах, организован подвоз, и вот этот автомобиль-микроавтобус возит 10 мужиков по всем участкам, они везде голосуют. Ну, с этим тоже будем бороться. Наблюдатели не только на участках, есть линейные наблюдатели, наблюдательскому движению в России много лет. Мы знаем всё про мобильные группы, знаем про способы борьбы с фальсификацией, поэтому в любом случае мы сможем это всё зафиксировать.
— ViKtOr пишет: «Я по образованию эколог, меня всё больше убивает низкая компетентность политиков, в том числе ваша в вопросе экологии, всё сводится к мусору, трубам и рубке леса. Когда будете образовываться этим вопросом — экологией?»

— Ну, если Вы, Виктор, поможете образовываться политикам, по крайне мере, я готов образовываться в этом вопросе, это задача политика — постоянно образовываться, это будет хорошо. Я хочу сказать, почему политики чаще всего говорят про мусор, трубы и рубку леса. Потому что избиратели больше всего этим озабочены. Когда они говорят про экологию, они имеют в виду качество продуктов, качество питьевой воды, свой сквер около дома, мусоросжигающий завод, который хотят построить, и рубку леса. Политики всё-таки отвечают на вопросы, которые задают им избиратели.

Прогресс не остановить

У меня есть отдельная тема про регистрацию «Партии Прогресса». Я сегодня в блоге написал о том, что мы начинаем по шестому разу, представляете себе, по шестому разу!

Я думаю, что даже у наших недоброжелателей нет сомнений в том, что у нас есть реальная поддержка по всей стране. В России по закону нужно 500 человек для организации партии, у нас же только выдвижение сделано было в 20-ти городах, в каждом из которых было гораздо больше пятисот человек...

И мы это всё делаем с 2012-го года, и с 2012-го года у нас есть сторонники в каждом городе, в каждом населённом пункте, но мы шесть раз пошли через круги ада: съезд, региональные конференции, инициативные группы, отдельная регистрация в каждом отделении Минюста. Это не просто «собрал документы в Москве и отдал в Минюст», мы в каждом регионе должны зарегистрировать региональное отделение, это адовая совершенно процедура, мы делали её шесть раз. Два раза — с партией «Народный Альянс», потом Кремль через своего спойлера украл наше название и переименовал одну из подконтрольных ему партий в «Народный Альянс», забрав всю нашу символику, наверное, вы помните этот курьёзный случай.

Потом мы начали регистрировать «Партию Прогресса» и даже зарегистрировали её в определённый момент, всё, у нас была бумажка, и мы готовились тому, чтобы участвовать в выборах, после чего Кремль подумал, что страшновато всё-таки, они же возьмут и ещё пройдут в Законодательное собрание... А мы пройдём, конечно, мы пройдём, они правильно боялись… и ликвидировали в судебном порядке. Не приостановили, а прямо сразу ликвидировали.

Тем не менее мы сейчас начинаем это делать в шестой… седьмой раз. Почему? Потому что мы хотим участвовать в выборах. Да, мы сейчас устраиваем забастовку, мы призываем людей не ходить на эти «выборы», но, безусловно, мы хотим, можем и знаем, что готовы побеждать в легальной политической борьбе. Нет партии, нет политической силы, которая представляет в России нормальных людей. Есть «Единая Россия» — это сборище упырей, и есть остальные партии — это, в лучшем случае, просто слабые и трусливые люди, которые не желают работать и боятся говорить.

Мы отлично понимаем, что у партии будет огромный потенциал, и у нас действительно огромное количество сторонников. Да, не всем комфортен партийный способ существования. Многие люди говорят: «За тебя, Навальный, я проголосую, но партия — это всегда что-то жульническое».

Любой социологический опрос показывает, что среди всех общественных институтов партии наименее авторитетны. Люди не доверяют партиям по историческим причинам, никто и никогда не видел нормальный честной партии. Мы отлично понимаем, что это не для всех, не для всего нашего огромного движения сотен тысяч. Но внутри него есть довольно много людей, которые хотят партию, особенно в регионах, потому что им нужна легальная крыша, чтобы можно было куда-то вступить, участвовать в местных выборах в своём маленьком городе, посёлке, населённом пункте или в большом городе. Они готовы побеждать на выборах, как минимум, они готовы бороться, но партии нет.

Ты можешь пойти в уже зарегистрированную, но там должен встать на одно колено, поцеловать перстень председателя, подписать бумажку, что должен поддерживать его на президентских выборах и т.д. Не каждому это, во-первых, приятно, во-вторых, почти всегда и почти наверняка человек, который может успешно участвовать в выборах и готов в них победить, не будет этого делать и не захочет кланяться.

Мы делаем такую партию, в которой кланяться никому не нужно. Изначально у нас всё было построено по принципам электронной демократии и сплошных голосований.

Не то, что я выбираю, кто, например, идёт в Государственную Думу, все члены партий голосуют на этот счёт. Политсовет выбирают тоже все члены партии, не конференция, не руководители региональных отделений, все члены партии могут голосовать.

Почему это нужно делать? Чтобы люди, которые хотят пробиться, имели возможность пробиться. Если ты вошёл в конфликт со своим руководителем регионального отделения в ныне действующих партиях — всё, тебя никто не пустит наверх, ты не доберёшься до председателя партии, чтобы познакомиться. У нас это работает иначе: агитируй, говори о себе — люди за тебя проголосуют, и тебе даже представители партии, кто бы это ни был, вообще не нужны. Потому что ты и сам можешь всё эффективно делать, если ты — хороший политик.

Мы примерно прикинули, в первых числах января сможем провести учредительный съезд, он очень важен, а сейчас подаём уведомления в Минюст и начинаем регистрировать инициативную группу. Мы рассчитали всё так, что если будем зарегистрированы, уже на следующих выборах, которые пройдут в Единый день голосования в сентябре, мы сможем принять участие в выборах где-то. Я не говорю — во всех выборах, там будут десятки выборов больших и маленьких, но где-то сможем принять участие.

Мы отлично понимаем, что Кремлю не захочется нас регистрировать и велика вероятность того, что они снова нас закроют, но, наверное, с политической точки зрения сейчас им сделать это сложнее, потому что все же видят. Невозможно сказать: «Какая там партия Навального и его там штабу? У них нет пятисот сторонников по России.» Это очевидно вызовет смех любого человека, даже критически к нам настроенного. Поэтому да, мы это делаем и будем делать Я не призываю всех вступать, потому что с точки зрения регистрации нам не нужно много народу. Чем больше людей, тем больше бумажек нужно подготовить, мы сейчас идём по принципу минимальной численности, чтобы быстро всё сделать.

— Предложите в кандидаты в президенты человека из своих, например, Волкова.

— Это так не работает. Подумайте сами, это для нас звучит унизительно — «человека из своих», ну, типа, Навальный, ткни пальцем нам в кого-то, и мы побежим за него голосовать. Нет, так не работают! Волков может участвовать, и он очень эффективный, честный, хороший политик, но если ты хочешь участвовать в выборах, ты не должен участвовать, потому что на тебя показал Навальный, или ты — его жена, или родственник, или начальник штаба.

Ты должен вести кампанию, ездить по регионам, разговаривать с людьми, это является честной политикой. А мухлевать с заменой, во-первых, это неэффективно, во-вторых, не сработает, не получится.

— Вы морально готовы нажать на ядерную кнопку, если что?

— Ну, вот уж прямо если что, то, конечно, готов. Задача любого президента, любого нормального человека — с ужасом думать даже о теоретической возможности того, что кто-то будет нажимать на какие-то кнопки.

Ядерное оружие — это оружие сдерживания, оружие для того, чтобы войны никогда не было, в принципе, до сих пор оно выполняет эту роль.

Опять же, если инопланетяне завтра прилетят и мне нужно будет сбить их летающую тарелку ядерной бомбой — нажму, если вдруг они какие-то плохие вещи будут делать… Вдруг они — хорошие инопланетяне?

— Навальный, ты обещаешь ввести визы с Казахстаном, но что будешь делать, если казахи в ответ отберут «Байконур»? Чем ты лучше Путина, если вместо интеграции с соседями предлагаешь конфликтовать с ними?

— Я не предлагаю ни с кем конфликтовать. Есть визовый режим между Россией и Германией, мы разве конфликтуем с ними? Есть множество дружественных и относительно дружественных к нам стран в Европе, Азии или ещё где-то и, представляете, с ними со всеми есть визовый режим. Поэтому я предлагаю с Казахстаном прекрасно сотрудничать, никто «Байконур» не может отобрать, статус «Байконура» регулируется соглашением, мы платим за него деньги. Казахи — нормальные люди, никто ничего не будет отбирать, они тоже смотрят на свою выгоду.

Визовый режим нам нужен для того, чтобы упорядочить миграции. Большой проблемы миграции из Казахстана в Россию нет, потому что в Казахстане сейчас зарплаты чуть повыше, чем в России, но любое наведение порядка начинается с введения визового режима. Никто же не отменяет в Европе визовый режим с нами? Не отменяет.

— Что вы думаете на счёт налоговой амнистии перед выборами?

— Вот то, что Путин объявил — это, конечно, не налоговая амнистия, а какая-то ерунда. Они фактически амнистируют тех, кто и так уже ничего не будет платить, это просроченные задолженности, закрытые юрлица, брошенные ИП и всё такое. Конечно, никакой реальный налоговой амнистии там нет.
— Контактировали ли вы с Чичваркиным? Он вас часто упоминает и комментирует, в том числе — слабость президентской программы Навального.

— Мы контактируем часто с Чичваркиным, я очень благодарен за его поддержку, он нам и деньги перечисляет, и сам собирает деньги, чтобы перечислить. Ну, конечно, критикует. Он же не Навальный, он Чичваркин, у него есть стройная система политических взглядов, он либертарианец и с либертарианской позиции критикует нашу программу. Так оно и должно работать: Чичваркин критикует справа, коммунисты критикуют слева.

У нас довольно центристская программа, это нормально. Но, в ходе своей критики он всё равно говорит, что он проголосовал бы за меня, ассоциирует себя и является частью этого движения.

Дебаты по программе всегда должны быть даже внутри одной партии. Всегда будут дебаты между мной и вами по любому вопросу. Только мы начнём обсуждать, что мы любим, а что — не любим, где-то обязательно найдём разногласия и будем по ним дебатировать. Это не означает, что мы не можем быть частью одного политического движения.

— Можно ли вас назвать российским Че Геварой?

— Нет, меня нельзя ни в коем случае называть российским Че Геварой. Вообще ничего нет и близкого, ни комплементарном смысле, ни в негативном. Все эти сравнения довольно бессмысленны, и не нужно к ним прибегать.
— Как вы будете развивать маленькие нефтяные города, например, Лангепас с 45000 населения?

— Я буду их развивать прекрасно, потому что они — нефтяные города. Мы немножко оставляем им налогов, и они будут процветать, как это происходит в Норвегии, как это происходит в США, где есть нефтяные посёлки, на Аляске, например. Они процветают, у них очень много денег.

Ну зачем ещё жить в Лангепасе и страдать от ужасных климатических условий, если твой город не является городом, который богаче, чем все остальные? Это чаще всего так и бывает: Сургут, Нефтеюганск — они немножко богаче, ухоженнее, приличнее, чем среднероссийские города, но не так, как должны быть.

Например, Тюмень. Нельзя сказать, что она процветает, совсем нельзя сказать, а должна процветать в буквальном смысле. Там должна быть куча денег! Конечно, та нефть, которую они добывают из земли — она принадлежит всем, и мы с вами все получаем от неё какую-то долю, но они получают немножко больше. Потому что у них гораздо холоднее зимой, потому что у них нет лета, потому что у них мошка, потому что их дети не видят солнце и т.д. Это не только нефти касается, но и Норильского Никеля, и всех остальных.

— При минимальной явке выборы признают легитимными, Путин станет президентом, забастовка лишь покажет низкую поддержку действующей власти. Каков план?

— С забастовкой, без забастовки, с кандидатами, без кандидатов, Путин переназначит себя президентом, поймите эту главную вещь!

В электоральной стратегии вы, придя на участок, ничего не сможете сделать, чтобы помешать ему стать «президентом». Он узурпировал эту власть и захватил её в тот момент, когда не пустил меня, нас всех с вами на выборы.

Они сделали так, что никакой интриги нет, политического процесса нет, даже дебатов нет. Никто не может прийти на телевизор и сказать какие-то правильные вещи. Ничего этого нет.

Перестаньте называть это выборами — это переназначение. Наша задача сейчас — три месяца требовать нормальных выборов. Поэтому участвуйте в забастовке, не ходите на выборы, а если идёте — только наблюдателями, убеждайте всех вокруг, участвуйте в акции 28 января!

Приходите заявить: «Алло, власть, Путин и все остальные! Вы обязаны со мной считаться!»

Спасибо большое, увидимся в следующий четверг!

Поддержать кампанию
Программа передач
Расписание прямых эфиров на канале Навальный LIVE
КактусПн–пт, 9:00
НовостиПн–пт, 12:00, 15:00, 19:00
ЮрфакВт, 17:00
ОблакоВт, 19:30
ШтабСр, 17:30
Подпишитесь на рассылку
чтобы получать короткий обзор лучших постов недели