Об этом не расскажут по телевизору

«Забастовка должна нанести максимальный политический ущерб Владимиру Путину»

Добрый вечер! В Москве 20:18. В студии Навальный.Live Алексей Навальный, или «один из желающих стать кандидатом», как меня довольно метко назвал Дмитрий Песков. Чистая правда: я — действительно желающий стать кандидатом, всё ещё желающий стать кандидатом. Я шёл на эти выборы и требовал, чтобы меня зарегистрировали как кандидата, и я продолжаю это требовать и, несмотря ни на что, я считаю, что мы должны участвовать в этих выборах, и я — кандидат на этих выборах, просто отстранённый. В связи с этим и изменилась наша тактика.

Выборов не будет

Начать я хочу сегодня с того, чтобы объяснить, почему я так хочу быть кандидатом, но объяснять буду не я, а объяснит вам одна женщина, с которой я провёл некоторое время на этой неделе. Давайте просто сразу включим эти несколько секунд, и вот она вам скажет, почему я захотел быть кандидатом.

На видео Элла Памфилова:

«Вы вспомните декабрь 1999. Уже тогда технологии очень хорошо работали по тому, как уничтожать политических оппонентов. Вот тогда начался этот процесс. И вы знаете, я так на себя разозлилась. Я думаю, что я не позволю, чтобы меня закатали в бетон, как остальных».

Какая хорошая, смелая женщина! Элла Памфилова — тот самый человек, который два дня назад, ухмыляясь мне в лицо — и всей стране в лицо, в лицо тех, кто смотрел трансляцию, не только нашему штабу, но и всем тем людям, которые считают, что на выборах должна быть альтернатива, объяснял, почему мы не можем участвовать в выборах. А посмотрите, какая она была классная совсем недавно и говорила «я не позволю закатать себя в асфальт, как остальных». Вот я, повторяя за Эллой Памфиловой, заявляю, что я не позволю закатать себя в асфальт, как остальных, я не хочу жить в стране, где нет политической системы, я не хочу жить в стране, где нет политической конкуренции, я буду всего этого добиваться. Я знаю совершенно точно, что в нашей стране есть миллионы людей, десятки миллионов людей, на самом деле большинство граждан России хотят политической конкуренции, и мы будем её добиваться.

Почему меня не зарегистрировали? Потому что они реально понимали, что мы выиграем эти выборы. Вот я вам это говорю не для того, чтобы посеять дополнительное воодушевление, я на самом деле уверен, что на этих выборах мы представляем большинство граждан России и их бы выиграли. И Кремль это очень хорошо почувствовал. Давайте я покажу вам карту, страшную карту для Владимира Путина. Вот сейчас вы её увидите. Сегодня какие-то ребята сделали просто карту того, в каких регионах в течение этого года был я, а в каких регионах был Владимир Путин.

Вы видите, что в общем я его обогнал и объехал большее количество регионов и городов в России в течение этого года, но я хотел бы всё-таки обратить внимание, что за год этой избирательной кампании я отсидел в спецприёмнике 60 дней, нам постоянно мешали, мой начальник штаба отсидел 65 суток (вот сегодня только выйдет). Нам не давали вести избирательную кампанию, тем не менее мы её вели, и вели весьма успешно: 200 тысяч волонтёров — костяк наших штабов по всей стране. И вот объехав это всё, ребята, я знаю совершенно точно: мы могли бы у них выиграть. В первом туре, во втором туре… Второй тур совершенно точно был бы, если бы мы участвовали в этих выборах, именно поэтому они нас и не пустили.

Мы в каком-то смысле, такая ироническая ситуация, оказались заложниками своей собственной эффективности. Потому что мы должны были показать всем, что мы отрабатываем ваши деньги, что мы можем вести избирательную кампанию, что мы ведём её, и мы работали на полную. И они увидели это всё, и они перепугались: мешались нам, постоянно какие-то координаторы штабов находились беспрестанно под арестом, постоянно арестовывали каких-то предпринимателей, жен предпринимателей, которые давали нам частные площадки для выступлений. Мы всё равно это делали: я в течение года в пятницу, субботу и воскресенье никогда не находился в Москве, потому что постоянно ездил, выступал перед людьми. Мешали выступать — выступал с этой детской горки, и так далее, и так далее.

Я приезжал и получал поддержку избирателей. Иногда меня критиковали, иногда меня поддерживали больше, иногда меня поддерживали меньше, но все эти люди знали, что я веду избирательную кампанию. И вести её на самом деле было легко, потому что политики в России игнорируют российский народ полностью.

Люди за 18 лет вообще отвыкли от этого, это воспринималось как нонсенс: ничего себе Навальный — какой-то странный парень, сумасшедший, приезжает к нам сюда и нас агитирует. Это сначала людей шокировало, а потом, в общем-то, они это и ценили, потому что приезжает (Навальный) и говорит какие-то вещи, которые нам созвучны. Не то что у них там принято — обсуждать в московском фейсбуке, а приезжает, обсуждает вещи, которые интересны нам: минимальную заработную плату, отсутствие перспектив, проблемы образования и здравоохранения. Но почему я это обсуждал? Опять же, потому что я ездил, потому что я сначала открывал штабы, я разговаривал с людьми, я дал там десятки пресс-конференций. Ну я же слышу, о чём меня спрашивают, какие люди вопросы задают, что они говорят мне в ответ.

Мы ровно на базе этого массива информации, непосредственной ежедневной связи с людьми выработали ту программу, которую действительно хочет от нас большинство. Мы эту программу прогнали через социологию, через многочисленные фокус-группы, и мы видели, что каждый пункт нашей программы поддерживается большинством граждан России.

Поэтому люди в Кремле, которые внимательнейшим образом за нами следили, поняли, что будет второй тур, что не удастся им изобразить эту народную поддержку. Они сколько угодно могут лапшу на уши вешать по телевизору про 86%, но на самом деле их нет, и этот рейтинг существует только в вакууме. Они поняли, что будет второй тур, и мы до последнего считали, что заставим их меня зарегистрировать. Мы пытались нарастить политическое давление. Возможно, мы нарастили политическое давление настолько, что они поняли, что жизненно важно для них не пустить меня на выборы.

Когда я говорю «я», это условный «я», обобщённый «я», все мы, конечно, эту кампанию вели совместно, вы её финансировали, вы работали над ней, всё это волонтерское движение.

Когда они понимают, что мы окажемся в эфире, когда наступит уже совсем другая политическая реальность, не просто какие-то абстрактные кандидаты в списке социологов, а выбор из пяти человек... Выбирайте, пожалуйста, за кого проголосовать: за Навального, за Путина, за Зюганова или Грудинина, за Собчак или Явлинского... Они поняли, что в этой ситуации никаких 86 процентов и 70 процентов у них не будет и близко, и поэтому они, просто спасая свою шкуру, задействовали всяких этих замечательных памфиловых, которых я вам только что показал, для того, чтобы нас на выборы не пустить.

Я хочу сказать, во-первых, это ни в коем случае не является каким-то там подведением итога. Это подведение итога части нашей кампании, но большая часть нашей кампании только начинается. И хочу сказать: сейчас я (как сказал Песков) — человек, один из тех, кто хотел бы быть кандидатом, но не является кандидатом — и я горжусь тем, как мы это всё с вами сделали. Мы действительно сделали очень круто. Ну посмотрите на одно выдвижение: одно наше выдвижение реально их перепугало. Как выдвинулись все остальные кандидаты включая Путина? Ну, какие-то невнятные мероприятия. В любом случае, это такие партийные функционеры, которые собираются в каком-то зале: послушали, постановили, решили, выдвинули. Наше выдвижение вообще прошло совершенно по-другому.

Я тоже горжусь тем, что, наверное, мы немножко даже изменили политическую традицию в России. Потому что политическая традиция заключалась в чём? Просто какие-то люди кого-то выдвинули и проинформировали страну, проинформировали всех остальных: «алло, ребят, мы тут выдвинули, поэтому вы будьте в курсе, пожалуйста, что у вас есть теперь такой кандидат».

Мы решили совсем по-другому. Это было довольно рискованное мероприятие. Я в прошлой передаче говорил: приходите на выдвижение. Это же всё в 20 городах. Их могли разогнать, могли сорвать, могли быть какие-то провокации, было довольно холодно во многих городах, люди могли просто не прийти, но мы пошли на это для того, чтобы продемонстрировать всем и ещё раз доказать самим себе, что это — народное движение снизу. И поэтому мы проводили именно таким образом: в 20 городах мы проводили собрания, где люди приходили, голосовали. Огромное спасибо всем, кто два с половиной часа стоял на морозе в очереди на регистрацию, давал свои паспортные данные для того, чтобы просто потом в течение полуминуты поднять руку, сказать «да, я поддерживаю этого кандидата». Но мы сделали это, и даже выдвижение прошло от 16000 человек.

Да, этого никто никогда не делал. У нас у любой политической партии — от «Единой России» до коммунистов и ЛДПР — реальных членов партии на порядок меньше, чем 16 тысяч человек. Вот мы доказали, что они у нас есть, и мы на самом деле представляем огромное количество граждан России. И Кремль увидел это огромное количество граждан России, перепугался и сказал: нет, мы не хотим дать им политическое представительство, потому что сегодня они пойдут на выборы, ещё будет второй тур, они у нас ещё и выиграют, а если не выиграют, значит, они захотят завтра создать огромную политическую партию, эта политическая партия будет бить нашу «Единую Россию», мы этого не хотим, и поэтому мы их всех вышвырнем.

Это — парадоксальная ситуация, которая на самом деле заключается в том, что они десятки миллионов, на самом деле самое большое реальное политическое движение в России, вышвырнули, пытаются вышвырнуть за пределы любого политического поля, и это на самом деле их единственная возможность удержаться у власти. Почему? Потому что ничего в экономике они сделать не могут. Я сказал в начале программы о том, что мне было легко вести избирательную кампанию. Конечно, мне легко вести избирательную кампанию, потому что мне не нужно было даже придумывать про падение доходов. Вы, наверное, многие видели мой любимый опрос: какая средняя зарплата в этом городе? Я знал совершенно точно, что сейчас мне будут называть цифру, которая будет гораздо меньше, чем официальная средняя заработная плата по России в 36000, потому что это вранье.

И сколько бы Путин и все остальные ни заявляли о том, что в России идёт какой-то экономический рост, мы все понимаем, что этого нет. Покажите, пожалуйста, вот сегодня эксперты Высшей школы экономики заявили, выпустили целый доклад, в котором сказали, что заявление о росте экономики в России — это попытка выдать желаемое за действительное. И там много расчетов, и там указание, что нет роста промышленного производства, ничего этого нет, ничего это не растет. Поэтому, конечно, вести кампанию легко. Ты приезжаешь, ты видишь людей, которые мечтают о зарплате в 50 000, смехотворной зарплате в 50 000. Ты видишь людей, которые там за полный рабочий день получают 15-16 тысяч рублей. Самое главное — перспектив нет никаких. Ты можешь быть самым умным, самым работоспособным, самым хитрым и пронырливым, все равно твой потолок будут эти 40 тысяч, поэтому, конечно, кампанию вести легко.

Они поняли, что будет кандидат, который на самом деле ведет кампанию, он нас побьёт на этих выборах, несмотря на телевизор, несмотря на всё остальное, сколько угодно по телевизору говорите про Сирию и всякие такие вещи, но человек же в первую очередь думает о своей зарплате, и всё, что нужно сейчас нормальному кандидату — это соединить две элементарные вещи: Путина, который 17 лет у власти и хочет еще на 6 лет остаться, и вот эту как раз зарплату, которая падает-падает, эти доходы, которые падают четвёртый год подряд. Я эти точки соединял, не просто соединял, но и говорил людям, рассказывал о своей альтернативной программе: о том, что мы можем многое изменить, о том, что денег в России огромное количество, их нужно правильно перераспределять, нужно бороться с коррупцией. Это была очень благодарная работа, они этого боятся, но мы продолжим эту работу сейчас с двойным усилием.

Интересная вещь: вы знаете, мы год ведем кампанию, больше года, конечно, очень сильно устали волонтёры, устали активисты — это естественно, но удивительная вещь: вот сегодня как раз смотрел мониторинг наших собраний, которые сейчас проходят в штабах, я вижу, что волонтёров вот сегодня, на вечерней встрече, пришло даже больше, чем обычно. Люди, наверное, получили второе дыхание, обозлились, и совершенно правильно, потому как то, что сейчас происходит — это уже даже не по поводу того, что «ну давайте поддержим Навального, чтобы он получил больше процентов», а по поводу того, что они нам заявили: «Вы заплатите нам ещё шестью годами своей жизни за наше желание оставаться у власти».

На самом деле на кону стоят шесть лет жизни, только через шесть лет мы все с вами будем участвовать в президентских выборах. С этим никто никогда не согласится, и мы не согласимся, мы сделаем всё для того, чтобы в остаток этой избирательной кампании нанести партии власти обобщённо и конкретно Путину максимальный политический ущерб.

Вот прежде чем я вам про Центральную избирательную комиссию расскажу, я хотел бы показать ужасное видео, я уже третью передачу подряд говорю вам о том, что я показываю какие-то ужасные видео, но это на самом деле ужасное видео, и оно отдельно меня мотивирует. Давайте посмотрим. Я его вешал в социальных сетях. Наверное, некоторые из вас видели, давайте ещё раз посмотрим. Люди, которые пришли на процедуру выдвижения Путина, куда Путин даже не приехал. Вот как они омерзительно унижаются и пресмыкаются, доказывая... Они какие-то звезды известные, они богатые люди, люди с большими возможностями, но как же они омерзительно пресмыкаются, пытаясь сами себе объяснить, что это правильно, что Путин не приехал даже на собственное выдвижение, они вот тут без него за него голосуют. Давайте посмотрим.

[15:40 — 16:20] Видео с собрания по выдвижению Путина, на которое он не пришел

Вот я не хочу этого в моей стране, не хочу, чтобы власть была властью воров, а ниже — прослойка омерзительных холуев. Взрослые люди, господи, как они своим детям смотрят в глаза? Тебя заставили приехать, несколько часов ждать, потом не пришли на своё выдвижение, подходит кто-то с камерой, ты не говоришь ему «ребята, я не хочу с вами разговаривать», разворачиваешься и уходишь, а пытаешься сам себе доказать, что ты не ничтожество, что тебе не плюнули только что в лицо, ты должен подобострастно улыбаться, это тебе нравится, и так и должна быть устроена политика.

То, что мы будем делать до 18 марта и потом — доказывать всем, что это не есть правильно, это не стандарт, мы не обязаны так жить, не хотим. Какого чёрта мы должны присоединиться к омерзительным лизоблюдам, не имеющим ни малейшего человеческого достоинства? У нас это достоинство есть, и мы никогда не встанем с ними в ряд и никогда не согласимся, что это нормально. Это омерзительно! Унижаются слабые, продажные люди, но даже их не нужно ставить в такое положение. Отвратителен факт того, что кто-то должен настолько унижаться, чтобы пустили на «Первый» или не выкинули на радио из ротации. Это мерзость, мы с этой мерзостью будем бороться.

Про заседание в ЦИКе давайте отдельно расскажу, только сейчас посмотрю, какие мне вопросы задали. С хэштегом #Навальный2018 вы мне можете писать вопросы в Twitter. В прошлый раз я отвечал на вопросы, которые прямо с экрана вы присылали. По-прежнему вы можете присылать вопросы, по-прежнему собираем деньги. Все деньги, которые мы соберём, идут на электоральную забастовку, забастовку избирателей. Я не буду уже читать все вопросы с экрана. В прошлый раз мы немножко превратили в трэш всю нашу передачу. В Twitter пишите. Я напоминаю о том, что у нас есть приложение и для айфона, и для Android, и сегодня, ура-ура, у нас наконец-то появились расшифровки: все наши эфиры можно теперь не только смотреть, но и читать.

«„Всё равно мысленно мы с ним, а он — с нами“ смешно...» — пишут мне, комментируют то, что показали сейчас. Ну да, отвратительно, как они изобретают вот эту систему доказывания самим себе, что они всё ещё могут смотреть на себя в зеркало, не думать: «Какие же мы отвратительные мерзавцы».

«Оппозиционер Миронов мерзко выглядит», — пишет NonFactor. Но со «Справедливой Россией» вообще странная вещь произошла: они вообще-то могли выдвинуть кандидата, они могли выдвинуть приличного кандидата, например, Шейна. Если бы они выдвинули — это был бы хороший ход, но они поддержали Путина. Вот сами внутри партии при этом плевались, вы же помните, как в 2011 году они фактически больше всех использовали... «Справедливая Россия» использовала лозунг: «Единая Россия — партия жуликов и воров». А сейчас они, наоборот, подняли над собой плакат: «Мы — партия жуликов и воров». Ну, это очень неприятно, конечно, — это похороны «Справедливой России». Что такое им обещали? Что с ними сделали? Почему они уничтожили свою собственную партию? Не понимаю.

«„Всё равно мысленно мы с ним, а он — с нами“ смешно...» — пишут мне, комментируют то, что показали сейчас.
Ну да, отвратительно, как они изобретают вот эту систему доказывания самим себе, что они всё ещё могут смотреть на себя в зеркало, не думать: «Какие же мы отвратительные мерзавцы»

«Оппозиционер Миронов мерзко выглядит», — пишет NonFactor.
Но со «Справедливой Россией» вообще странная вещь произошла: они вообще-то могли выдвинуть кандидата, они могли выдвинуть приличного кандидата, например, Шейна. Если бы они выдвинули — это был бы хороший ход, но они поддержали Путина. Вот сами внутри партии при этом плевались, вы же помните, как в 2011 году они фактически больше всех использовали... «Справедливая Россия» использовала лозунг: «Единая Россия — партия жуликов и воров». А сейчас они, наоборот, подняли над собой плакат: «Мы — партия жуликов и воров». Ну, это очень неприятно, конечно, — это похороны «Справедливой России». Что такое им обещали? Что с ними сделали? Почему они уничтожили свою собственную партию? Не понимаю.

«Алексей, услышьте! Каким образом Европейский суд будет воздействовать на РФ, чтобы она исполнила решение ЕСПЧ и чтобы Вас допустили до выборов?»
Забудьте! Да, будет решение ЕСПЧ, они выразят озабоченность, они в очередной раз скажут, что Навальный должен быть допущен до выборов… Но как Вы себе это представляете: специальные судебные приставы из Страсбурга приезжают сюда, заходят в Кремль?.. Нет, этого не может быть, и не желает, на самом деле, Европейский Союз решать наши проблемы. Они смотрят на всё это и думают: «Господи, что происходит?!»

Европейский суд — это часть, на самом деле, российской судебной системы. Он выносит решение: Навального незаконно осудили, дело сфабриковали, Навальный должен быть допущен до выборов, отмените все приговоры. Наши власти ничего этого не выполняют. Дальше Европейский суд ничего не может сделать.

Честно говоря, они не желают особо ничего делать, потому что это наши проблемы. Они смотрят на нас как на какую-то дикую страну и думают: «Ну что там такое происходит?! Этот человек сидит у власти 18 лет. Он их ограбил. Он их совершенно открыто обокрал. Они создали самое большое количество миллиардеров в своей нищей России после США. И народ всё равно его терпит. Так пусть народ тогда что-то делает». Поэтому мы сами должны решить наши проблемы, а никакой не Европейский суд и не Европейский Союз.

Навалиуллин спрашивает меня: «Будет ли Алексей Навальный снимать такие же видео, когда станет президентом?»
Я не знаю. Сначала нужно стать президентом. По крайней мере, пока я даже не стал кандидатом, я буду дальше снимать свои видео и бороться за свое право стать хотя бы кандидатом.
«Какая песня с альбома Скриптонита понравилась больше всего?»
Животное. Классная песня.

Заседание в ЦИКе

К вопросу о животных… давайте поговорим о Центральной избирательной комиссии. Отвратительные люди. Я не зря начал своё выступление в ЦИК с заявления, что я не люблю Центральную избирательную комиссию. Я выступал там второй раз в жизни, каждый раз был связан с недопуском до выборов, сначала региональных, сейчас — президентских.

ЦИК, за редким-редким исключением, — довольно отвратительные люди, в подавляющем своём большинстве — жулики с крадеными диссертациями, они спланировали череду унижений, пригласив продажного кремлёвского журналиста Олега Лурье и бывшего строителя Полонского, которого судили за мошенничество.

Их идея заключалась в том, что я должен сесть с этими двумя, и нам расскажут: «Вот, вы пришли — трое ранее судимых, через запятую: Лурье, Навальный, Полонский... Сейчас мы вам объясним, почему вы не можете нигде участвовать».

Когда мы пришли сдавать документы, эти двое специально там ждали нас, ходили за мной кругами и всё время пытались давать какие-то пресс-конференции рядом со мной. Центральная избирательная комиссия пыталась нас постоянно посадить за один стол рядышком.

На следующий день они там тоже были, и выяснились очень смешные вещи. ЦИК взял у них документы и рассматривал их вопрос вместе с моим для того, чтобы объяснить, что «ну, мы же всем уголовникам отказываем, не только Навальному; у нас тут, смотрите, трое уголовников — всем отказываем». Но, например, этот Лурье принес из документов только протокол на 26 человек. То есть, для выдвижения нужно 500 человек и куча документов — мы сдали, по-моему, 1700 страниц документов. ЦИК, кстати говоря, сказал, что это идеальные документы, и наши юристы были очень счастливы — спасибо им большое. Вот 1700 страниц документов дали мы, и одну страничку на 26 человек дал этот Лурье. И Полонский, я так понимаю, то же самое принёс. Их рассматривали вместе со мной, хотя, вообще-то, ЦИК не должен был принять их документы вообще. Но это стиль этой власти — им важно такое ритуальное унижение. Но, мне кажется, у них это не получилось.

Они, наверное, думали, что я там буду, как школьник, стоять, а они меня будут отчитывать и рассказывать, как я не разбираюсь в законе. У них это не очень получилось, но некоторые вещи они сказали замечательные. Давайте во второй раз за сегодняшнюю передачу послушаем замечательную Эллу Памфилову, её коллег. Очень короткий ролик на 51 секунду — что они там говорили.

[24:24 — 25:14] Элла Памфилова о «серьёзной биографии» членов ЦИКа

Вот это было потрясающе! Это, по-моему, представитель «Единой России» в ЦИКе с этой просто великолепной фразой: «Но я же сам учитель — я знаю, что такое обмануть молодого человека». Их просто прорвало — что Памфилову, что всех остальных. Потому что они просто не ожидали, что я приду и скажу им всё прямым текстом. Они надеялись, что это будет вот так: «Ребята, уважаемая Центральная избирательная комиссия, я так надеюсь, что вы меня зарегистрируете! Мы так хотим с вами работать. Вот, посмотрите документы. Может быть, мы их подправим?» А они мне скажут: «Ну, Алексей, вы приходите через 10 лет», — что они, в общем-то, и сказали. А я скажу: «Ну да, наверное, я должен подождать, пока моя судимость погасится, и прийти к вам снова, ведь я же нарушаю Конституцию...» А я сказал то, что я должен был сказать, на что вы меня уполномочили, как мне показалось. Я немножко иначе построил всё моё общение с Центральной избирательной комиссией.

Сегодня очень смешной ролик выложил новый ресурс «МБХ медиа». Они сравнили моё выступление и выступление доверенного лица Ксении Собчак. Центризбирком хочет, чтобы вот так люди перед ними выступали. И вот этот взрыв эмоций, рассказы про то, что «я двенадцать лет пахала на производстве, а ты грабишь, обманываешь детей», «а я был учителем, я знаю, что такое что обманывать», он как раз случился в ответ на то, что, как мне показалось, я сказал от вашего имени. Давайте этот смешной минутный ролик от Ходорковского посмотрим. Он действительно такой развлекательный.

[26:56 — 28:00] Ролик от «МБХ медиа»: выступление Алексея Навального и выступление доверенного лица Ксении Собчак в ЦИКе

Прекрасно, мне кажется. Я уже пятый раз смотрю и получаю большое удовольствие.

«Почему не призывал выходить на улицу 25 декабря?»

Когда я только вышел оттуда, безусловно, у меня было искушение сказать: «Выходим все на улицы прямо сейчас! Я с ЦИКа иду на Манежку, выходите со мной на Манежку», но опыт этой избирательной кампании показал ещё раз: что-то получается, если ты работаешь. Нужно акцию долго готовить, мы её объявили на 28 января, сегодня это более подробно обсудим. Спонтанные вещи тоже можно и нужно делать, но лучше готовить.

Последнее, что про ЦИК я хотел сказать... Вещь, которая меня поразила. Я примерно знаю всех этих людей, они давно в политике. Левичев баллотировался вместе со мной в мэры Москвы, я с ним немножко знаком. Он не голосовал и даже сказал: «Поскольку я Навального знаю, — это странно звучало, — я не буду голосовать». Но остался в зале.

Я примерно прикинул: эти меня будут ругать, эти тоже, правовед будет рассказывать, что я уголовник и Конституция мне запрещает, коммунист что-то нейтральное скажет в мою пользу, и «яблочник», конечно, за меня заступится. После чего проголосуют, и окажется коммунист воздержавшимся, а «яблочник» проголосует против недопуска.

И это была потрясающая вещь. Есть такой Кинёв, член партии «Яблоко» в ЦИКе, его назначил президент, но он фактически от «Яблока» там сидит, сама Памфилова на заседании комиссии говорила, мол, у нас есть разные люди, в том числе «яблочник».

Я знаком с Кинёвым, он в антимонопольной службе работал, казался всегда приличным дядькой. Я с интересом смотрю… и когда начинается обсуждение моего вопроса, думаю, сейчас он поднимет руку и всем здесь врежет… а он просто встаёт, уходит и не возвращается до момента голосования.

Давайте совсем коротко посмотрим, как они поднимают ручки, вы увидите слева пустое кресло красноречивое — это представитель партии «Яблоко».

[30:27 — 30:56] Видео про «Яблоко» и КПРФ в ЦИКе

Вот ещё одна причина со всем этим бороться — Центральная избирательная комиссия. Предполагается, что там есть представители президента, есть представители различных партий, в том числе оппозиционных, и там есть разные мнения. Есть либералы, есть левые, есть «Справедливая Россия», даже социал-демократы... Но мы видим, что на самом деле это проявления «Единой России» и проявления Путина. Различные его лица и различные формы, которые голосуют. Просто наиболее стыдливые из них, которые страшно боятся высказаться против, выходят в тот момент, когда нужно проголосовать…

Сейчас я вижу, что я смешно высовываю голову из-за гифки, которая появляется, но я помню, что гифка стоит денег, а деньги понадобятся нам для проведения нашей забастовки. Все деньги, которые вы жертвуете сейчас, пойдут в фонд забастовки.

Все спрашивают меня, будем ли мы обжаловать в суде решение ЦИКа. Мы обжаловали в суде. Отдали жалобу сегодня. 30-го числа, накануне Нового года, Верховный суд будет рассматривать её. Мы сделали это, потому что уверены в своей юридической правоте. Но я не пойду на этот суд. Что туда ходить? Мы всё понимаем про судебную систему. Этот же Верховный суд, когда туда пришло решение ЕСПЧ о том, что он должен прекратить дело, он просто направил его на новое рассмотрение, и я получил точно такой же приговор. Поэтому я отлично всё знаю про этих марионеток.

Мы ведём нашу забастовку и будем продолжать её вести. И сейчас я буду как раз говорить про забастовку, символ которой — на моем стаканчике.

Забастовка избирателей

«Алексей, — спрашивает меня Rus, —вот мы докажем, что выборы — это посмешище, но ведь путинская банда не уйдёт: останется нацгвардия, охрана антирусского режима… Значит, мирно невозможно что-то поменять?»

Наша забастовка включает в себя бойкот выборов, активную агитацию за бойкот выборов и наблюдение — контроль за явкой. Контроль за явкой заключается в том — услышьте меня, ребята! — чтобы нанести максимальный политический ущерб Владимиру Путину, его партии и всей этой группе. У нас нет технической цели снизить явку, скажем, до 49 процентов, и чтобы тогда режим стал нелегитимным, и он пал.

Не существует такого порога явки, при котором они автоматически станут нелегитимными. Это — ощущение! Мы будем вести агитацию, рассказывать людям, что эти выборы — это посмешище, что эти выборы — это позор, и что власть, которая организовала такие выборы, оскорбляет людей, и она не должна оставаться. То, что они делают, они делают потому, что они воры и жулики, желающие сохранить свой капитал.

И мы используем нашу замечательную, потрясающую сеть в регионах. Я призываю всех волонтёров в этом участвовать для того, чтобы нанести им политический ущерб. Они очень уязвимы в это время. Понятно, что они всё контролируют, у них Росгвардия... Вы всё это написали здесь. Однако они опираются на то, что народ либо поддерживает их, либо не видит другой альтернативы, поэтому молча всё сносит. Последние несколько лет показывают, что работает второй вариант: народ считает, что ничего изменить нельзя, и что не существует альтернативы. На этих выборах мы будем доказывать, что альтернатива есть, просто её не допускают. И мы будем бороться.

Думаете, почему они пребывают в панике в связи с явкой избирателей? Она им важна, сколько бы вы ни слышали разговоров, что порога явки нет. Раньше была такая штука — называлась «порог явки». Если на участки приходит меньше 25 процентов избирателей, то выборы объявляются недействительными. Сейчас такого порога явки нет, и формально сорвать выборы невозможно. Но дело же не в чётких процентах. А дело, как я уже сказал, в ОЩУЩЕНИИ! Рано или поздно ощущение того, что в Кремле сидят какие-то непонятные вредные люди, из-за которых нам становится хуже, мы становимся беднее, — это ощущение придёт. Мы просто должны его приближать. Мы должны активно агитировать, активно работать.

Эта явка, эти цифры — они липовые! Кто из вас верит в явку 99 процентов в Чечне или в целом на Северном Кавказе? Там никто никогда не проводил наблюдение. Мы попробуем сделать наблюдение и там. Поволжье. Кто верит в явку 80 процентов в Башкирии? Кто верит в такую явку в Татарстане? Мы проводили эксперимент, о котором я здесь рассказывал. Когда недавно в Татарстане были региональные референдумы, то везде, где были наши наблюдатели, явка была минимальная — 15, 10, 12, 20 процентов, а там, где не было наблюдателей, она везде была 80 процентов. Это всё нарисовано. И мы, впервые за всю новую историю обладая огромным количеством волонтёров, это наблюдение организуем.

Мы будем вести упорную работу. Те, кто нас критикуют и говорят о том, что мы диванные оппозиционеры, ошибаются, потому что они сами диванные оппозиционеры, поскольку сами ничего сделать не могут. А мы будем работать больше всех. Кампания станет ещё активнее и, наверное, ещё агрессивнее, хотя с нами будут уже, конечно, агрессивнее бороться. Но плюс заключается в том, что мы не подпадаем ни под какие формальные ограничения. Мы можем собирать деньги на что угодно. Нам не нужно открывать избирательные счета. Мы не подпадаем под регулирование об агитации, потому что мы не агитируем ни за кого. Это полностью законно — агитировать за то, чтобы не ходить на избирательные участки. Мы всё это будем делать, и будем делать очень активно.

Будет сейчас, естественно, бесконечная, надоевшая всем дискуссия о том, что бойкот плох, бойкот неэффективен и вообще бойкот никогда ни к чему не приводил, и эта дискуссия будет довольно лицемерна, потому что мы видим уже сейчас, что её логично критикуют штабы счастливчиков — тех кандидатов, которые ничего не делали и ничего не делают, но их зарегистрировали, потому что Путин их отобрал для избирательной гонки.

Партия «Яблоко» будет, в частности, нас клеймить, но здесь всё просто. Когда они рассказывают нам о том, что нельзя ни в коем случае не идти на избирательный участок, потому что это означает предать всё, предать демократию, мы должны сказать партии «Яблоко» и всем остальным: ребята, ведь и у вас в жизни были моменты, когда вы поступали честно и принципиально. Например, в 2004 году партия «Яблоко» призывала бойкотировать президентские выборы. И тут они, конечно, нам возразят: ну, тогда же был порог явки, а в 2006 году порог явки отменили, поэтому после 2006 года совсем стало бессмысленно призывать не ходить на выборы. На что мы должны будем сказать: ребята, но ведь вы и в 2008 году призывали не ходить на выборы, и заявление об этом на сайте Григория Явлинского сидит до сих пор. Они призывали бойкотировать выборы. Они, конечно, после этого нам скажут: ну ладно, в 2008 году было по-другому, но вот сейчас-то точно нужно. А мы на этом скажем: но ведь вы даже были достаточно смелы и честны, чтобы и в 2017 году сделать совершенно правильный ход, и призывали бойкотировать выборы губернатора Свердловской области, на которые не был допущен Ройзман. И я вместе с вами, дорогие «яблочники», призывал к этому бойкоту, потому что это правильная была позиция. «Яблоко» в 2017 году бойкотировало выборы и в Свердловской области, и в Омской области, потому что штука про выборы самая главная заключается в том, что вы никак не можете выиграть, не можете ничего хорошего из этих выборов получить, если у вас нет своего кандидата. Если нет кандидата, то бесполезно в этом участвовать.

Когда ещё есть выборы по спискам в Государственную думу, в Заксобрание, когда идут партии, в этом можно найти смысл, потому что, смотрите, «Единая Россия» получит меньше, там, либералы больше, или «левые» больше, или немножко больше оппозиционных депутатов пройдёт, или первый депутат в списке в каком-то — плохой, а вот второй хороший, поэтому давайте навалимся и проведём второго, но когда президентские выборы, и они отстраняют единственного независимого кандидата, это всё полностью и абсолютно теряет малейшей смысл. Никакого смысла в этом участвовать нет.

Совершенно потрясающую статью написал такой автор — Максим Миронов. Вы найдете её у него в блоге. Вообще читайте его — он очень умный человек, профессор бизнес-школы в Мадриде. Он написал верную вещь, когда прочитал вот эти стенания зарегистрированных кандидатов, которые, естественно, говорят, что «не нужна никакая забастовка», «давайте все объединимся, Алексей. Давай скорее объединимся с тобой и пойдём на выборы, потому что мы чего-то достигнем». Он верную вещь пишет, что если мы боремся за победу, не нужно объединяться. Ну, слушайте, Явлинский только что участвовал выборах — набрал меньше 2%. Титов тоже только что участвовал в выборах — по-моему, 1% он набрал. Антирейтинги Собчак тоже совершенно зашкаливающие. Зачем вам нужно заниматься тем, чтоб объединять эти полпроцента? У вас есть огромный — прекрасно огромный и ужасный — донор голосов. Его зовут Владимир Путин. Отнимайте у него голоса.

Задача избирательной кампании — это не объединять демократов, а атаковать Путина персонально, критиковать его персонально. Как я делал тогда на мэрских выборах: я нападал на Собянина, критиковал его за коррупцию персонально. То есть это даже не называется «нападал». Я говорил про него правду. Говорил про квартиры удивительные, которые появились у его дочерей, говорил про незаконное обогащение, говорил, что он коррумпированный чиновник и не может быть мэром. Рейтинг Собянина падал, мой рейтинг рос. Задача нормального кандидата в президенты — вести нормальную избирательную кампанию, критиковать Путина и увеличивать свой рейтинг за счёт того, что будет падать рейтинг у него. И так можно набрать 25%, 30% — то есть те проценты, которые необходимы для того, чтобы был второй тур . Если вы этого не делаете, вы не кандидаты.

Вот они и не кандидаты, потому что они всё что угодно говорят. Честно говоря, даже не говорят. Вот напишите мне в Twitter с хэштегом #Навальный2018, что вы заметили из того, что сделали кандидаты за последнее время? Ничего. Они критикуют каким-то образом Путина? Они разоблачают его персонально? Он же лично коррумпированный человек, у него зять — самый молодой долларовый миллиардер России. Мы знаем, как он получил деньги — абсолютно незаконно, Путин лично подписал распоряжение, чтобы они получили льготные кредиты. И есть много примеров личного вовлечения Путина в коррупцию, не говоря уже про его друзей. Много примеров того, какой он несостоятельный президент и очень плохой управленец.

Ну, скажите это, вот эта вот честная компания, которую вы сейчас видите на фотографии, скажите это. Приезжайте в Екатеринбург, Новосибирск, Пермь или в Архангельск, соберите митинг и скажите об этом. И ваш рейтинг начнет расти. И вам не нужно будет ни с кем объединяться, не нужен будет никакой Навальный, потому что вы заберёте его электорат. Электорат — это же не пристёгнутые ко мне люди. Они проголосуют за того, кто говорит правду. Но они правду говорить не хотят. Именно поэтому их специально отобрали и специально допустили на выборы, чтобы они вот что-то такое изображали.

У меня довольно много вопросов про Грудинина. Ну, про других я говорил, и мне сложно...

«Как вы относитесь к Грудинину? — пишет мне ЛедиБаг20. — Смотрела его видео о совхозе Ленина, живёт он в обычной квартире, в соседних — трактористы обычные, неужели нормальный кандидат, а не коррупционер?»

Я, как и вы все, видел несколько его выступлений на YouTube, классные выступления. Я с ним лично не знаком, но производил он на меня впечатление очень приличного дядьки, но я не могу сказать, что я подробно знаю его. Я знаю, что на всех экономических форумах три таких зажигательных человека — это Потапенко, Грудинин и такой Мельниченко есть. Вот они там режут правду-матку. Я смотрю на всё, они не боятся и всегда на меня благоприятное впечатление производили.

Не знаю, давайте посмотрим, что будет делать Грудинин, нужно же судить о человеке по делам. Мне кажется, сейчас для него благоприятная ситуация, чтобы вести избирательную кампанию, но тоже незаметно, к сожалению, что он её ведёт. Вот он новый человек, мы-то с вами его знаем по Facebook, и вы пишете: «Я смотрела видео о совхозе Ленина», но вы его смотрели где-то на YouTube, а широкий избиратель его не знает, и получить результат Зюганова неизвестному человеку довольно сложно. И пока то, что делает Грудинин, меня не очень впечатляет.

Я ожидал от него большего. Я тоже ожидал от него какой-то более активной кампании. Но при этом, конечно, всё равно, я и его не считаю и не могу считать настоящим кандидатом, нормальным кандидатом. Почему? Он хорошо выступает, я уверен, что он отлично выступает в дебатах, и он за словом в карман не полезет. Можно сказать, что я здесь в колхозе, в совхозе и так далее, но так год назад начни свою избирательную кампанию. Делай то, что сделали мы, проедь по всем этим городам, по которым проехался я, и сделай даже больше этого всего. Но он не делал и сам узнал о своём выдвижении за неделю или за две недели. Ну разве это достойно огромной страны? Мне кажется, нет, но посмотрим, что будет делать Грудинин, я не собираюсь его критиковать просто вот так вот, рассказывать, что он плохой, просто потому что он остался на этих выборах.

Но тем не менее я не меняю своей позиции. Я считаю, что все эти кандидаты, которые идут и прямо заявляют о том, что «мы понимаем, что мы не выиграем, но мы идём для того, чтобы вести агитацию»... Во-первых, как мы видим, они врут, они никакой агитации не ведут. Но если они считают таким важным вести агитацию, говорить, это прекрасно, пусть они её ведут. Пусть выступают по телевизору, пусть выступают на дебатах, у Андрея Малахова, Владимира Соловьёва, а потом за пять дней до выборов пусть сорвут эти выборы. Они могут сорвать их, они могут отказаться от регистрации, и там никого не будет. Или пусть Путин останется один на один с Жириновским, вот это будет классная вещь, и вся страна пусть выбирает: Путин или Жириновский. Вот то, что могут сделать эти кандидаты в интересах всей страны. Это было бы совершенно здорово, но я боюсь, к сожалению, что они этого не сделают, опять же, потому что их отобрали и допустили на выборы как раз с учётом этого всего.

Акции 28 января по всей России

Поэтому мы ведём забастовку. Мы не считаем это выборами и не можем считать выборами. В рамках этой забастовки мы будем делать различные вещи, и важнейшие из них, конечно, — участие в массовых акциях. Одну из них мы уже заявили: как минимум в 83 городах она пройдёт 28 января. Да, 28 января холодно. Я только написал: «Объявляю акцию 28 января», — мне кто-то пишет: «У нас в Якутске будет минус сорок». Ребята, ну так 6 лет под Путиным стоит того, чтобы выйти на улицу даже при температуре минус сорок и сказать: я с этим не согласен. Потому что он (Путин) за 6 лет сделает так, что у вас и в квартире будет минус сорок. Потому что они будут продолжать разваливать страну, они будут продолжать красть вашу жизнь и, конечно, здесь принципиально важно вот не быть такими, как на том видео, которое я вам показывал, где все эти известные артисты, известные разные люди говорят: «А вот мы так любим Путина, он такой хороший». Мы не хотим быть такими, как они, мы не хотим быть молчаливыми людьми, которые на это смотрят где-то у себя в квартире и ругаются последними словами, но не готовы сделать еще один шаг, выйти и заявить о своих правах.

Вот я хотел бы призвать всех людей, которые не хотят быть молчаливыми рабами и не хотят ждать шесть лет до следующих выборов, которые намерены вместе со мной, объединившись со всеми, демонстрировать, в том числе путём выхода на улицу, что вообще-то мы здесь существуем, что мы всамделишные граждане и имеем право на политическое представительство. Нас точно больше, чем всех тех, кого выпускают на выборы.

Мы не хотим быть такими, как они, мы не хотим быть молчаливыми людьми, которые на это смотрят где-то у себя в квартире и ругаются последними словами, но не готовы сделать еще один шаг, выйти и заявить о своих правах.

Я призываю вас не лениться, выходить 28 января. Потом объявим следующую акцию, если нужно, потом объявим ещё одну акцию, потому что они нас вытеснили с политического поля и хотят, чтобы мы жили где-то под кроватью. На выборы нас не пускают, в телевизор нас не пускают, на улицу нам идти страшно, потому что посадят на 15 суток или на сколько-то или просто оштрафуют, или, чаще всего, ничего не произойдёт, но на всякий случай страшно, поэтому будем просто сидеть дома, ставить лайки под видео.

Значит, нужно ставить лайки под видео, но нужно и выходить на улицу. Это правильный способ борьбы, они этого страшно боятся, именно поэтому сейчас, когда идёт эта передача, идёт суд над Яшиным, который депутат, вообще-то говоря, и в рамках своих полномочий объявлял свой муниципальный праздник. Вот его потащили в суд, думаю, сейчас арестуют, закроют на Новый год в спецприёмник. Он как чувствовал, мы с ним говорили накануне, он говорит: «Алексей, я буду делать это всё, я знаю абсолютно, что прав, но есть у меня такое ощущение, что меня отправят на новогодние каникулы в спецприёмник». Я ему говорю: «Ну, Яшин, ну ты депутат, как можно закрыть депутата за то, что он вынес вопрос на голосование и за него проголосовало большинство других депутатов? Это невозможно, невозможно даже представить, какая-то дичь». Но тем не менее, скорее всего, Илья Яшин... Наши лучи ему поддержки… Я надеюсь, что штрафом каким-то отделается или вообще ничем. Его должны, конечно, оправдать, безусловно. Скорее всего, мы тем не менее увидим его где-то в 12-х числах января в следующий раз. Но я уверен тем не менее, что на акции в Москве 28 января Илья Яшин будет с нами.

Кстати говоря, такой забавный закон сохранения, как бывает закон сохранения энергии или вещества, закон сохранения оппозиционера за решёткой. Сегодня только Леонид Волков, я очень рад, наконец-то вернулся, начальник моего штаба. Тридцать суток он сидел в спецприёмнике в Нижнем Новгороде. Сейчас он едет из Нижнего Новгорода в Москву, сегодня поздно вечером будет, а завтра, я надеюсь, он будет в эфире «Кактуса» и вообще подключится к активной работе, потому что мы свою штабную структуру не распускаем, мы продолжим активно работать, и сейчас задача наших штабов — организовывать эти акции 28 января. Помогайте нам, включайтесь в эти группы.

«Как действовать бюджетникам в данной ситуации? Вы знаете, их сгоняют под подпись и грозят увольнением в случае неявки на выборы».

Никого ещё не уволили за то, что он не ходил на выборы. Пугают, говорят, что явка обязательна, но послушайте, реально же пистолета у виска нет, и никто никого не уволит. Не хотите идти на выборы — скажите: «Я на выборы не пойду!», от вас отстанут, уверяю вас. У нас в роликах снимался и учитель, и врач, и милиционер под уголовным делом, которого пытаются объявить мошенником, и ничего с ними ужасного не случилось. Если совсем боитесь, скажите: «Я заболел, не хочу в этом участвовать».

Сейчас по всей стране начнётся целая вакханалия: нужно собрать 300 тысяч подписей. Это на самом деле довольно сложная задача, и когда мы строили нашу систему по сбору подписей, я оценил, насколько она чудовищно сложная. Я абсолютно уверен, что все, кто сейчас собирает даже 100 тысяч, принесут нарисованные подписи, потому что собрать реальные не смогут, нет достаточной инфраструктуры, Путин тоже будет собирать подписи. Будут, естественно, загонять бюджетников, заставлять студентов, всё это будет. Но никого не уволят, если вы просто откажетесь в этом участвовать. Правда стоит того, чтобы противостоять давлению и угрозам. Твердо скажите «нет!», и от вас отстанут, уверяю вас.

В любом случае, 6 лет вашей жизни и ваша собственная страна стоят больше, чем потенциальные штраф или арест.

Вот Волков сидел 30 суток, вышел вполне себе бодренький и здоровенький. Мы выходили на митинги, были тысячи задержанных, арестованных реально — десятки. Ну, арестовали, отсидели... я отсидел 60 суток только за год. И что? Смотрите, сижу с вами, и всё у меня хорошо.

Есть единицы людей, которые попали под уголовные дела. Это действительно большая проблема для них и их семей, потому что режим всегда хватает случайных людей и просто сажает, чтобы запугать остальных. Этих людей мы поддерживали и будем поддерживать. Нужно отдавать себе отчёт, сейчас сажают людей просто за лайки, за репосты. Когда у власти стоит воровская банда, опирающаяся на репрессии, всегда кого-то сажают, и вероятность того, что посадят вас за то, что вы пишите в Интернете, гораздо больше, чем за митинг. Выходите, ничего страшного с вами не случится.

«Как типографии должны реагировать на письма, разосланные им полицией?»
Да, я опубликовал в своём Telegram-канале письмо, которое рассылается по типографиям страны, что если кто-то что-то печатает экстремистское или политическое — немедленно сообщайте в полицию. Были предприниматели, которые не боялись и давали нам свои частные площадки для моих выступлений. Поэтому и какие-то типографии всё равно будут печатать. Есть в России достаточное количество смелых людей, просто нам нужно всем участвовать в этом, тогда людей будет больше.

«Что насчет других, более разнообразных способов мирного протеста: забастовки, какие-то акции?»
Распространение информации, выход на улицы — это две ключевые вещи, которые мы знаем, как организовывать. Что касается забастовок непосредственно трудовых коллективов — это вещь, которую пока никто не сделал за последние лет 20, но мы думаем об этом постоянно...

Профсоюзы в России чудовищно продажны. Федерация независимых профсоюзов — одна из самых коррумпированных и трусливых структур в России. И независимые профсоюзы — так называемые «независимые профсоюзы» — они полностью работают на власть против как раз интересов трудового человека. Там по пальцам одной руки можно назвать действительно независимые профсоюзы: Профсоюз машинистов локомотивных бригад, авиадиспетчеров, еще была парочка таких. Но в целом профсоюзное движение в России разгромлено, и организация непосредственной забастовки — довольно сложная вещь.

«Алексей, запишите, пожалуйста, новогоднее поздравление. Нет сил и желания слушать очередной бред нашего престарелого самодержца».
Я подумаю на этот счёт. Правда, запись новогоднего обращения от человека, который не является президентом или официальным лицом — это немножко, как мне кажется, комичная вещь. Но надо какой-то самоиронией обладать. В прошлом году я записывал, может быть, и в этом году сделаем.

«Навальный, если ты Саакашвили, — ну, помните, меня назвали Саакашвили, — будешь ли использовать грузинский опыт при реформе полиции? Почему у Грузии без виз с ЕС, а ты хочешь оставить с ней визовый режим?»
Безусловно, опыт реформы полиции у Саакашвили в Грузии очень положительный. Все, кто ездили в Грузию, они это подчёркивают. Ну, неизвестно, как там с коррупцией на высоком уровне, но на низовом уровне полицейских, у дорожной полиции, у обычных полицейских коррупции нет. Она искоренена. Это грандиозное достижение для Грузии, самой коррумпированной республики Советского Союза. И, конечно, этот опыт нужно использовать, безусловно.

Да, мы должны добиваться безвизового режима со странами Евросоюза. Но что касается республик Закавказья, Северной и Средней Азии, я по-прежнему считаю, что с ними должен быть визовый режим. Сейчас с Грузией есть визовый режим — опять же, никто не умер, ничего такого ужасного не случилось. Со значительным количеством стран у нас есть визовый режим. Если мы добьёмся безвизового режима со странами Европейского союза, и у Грузии с ними безвизовый режим, — наверное, это будет автоматически означать какое-то упрощение визового режима с этими странами.

Есть страны, в общем, беспроблемные: Азербайджан, Армения, Казахстан даже в каком-то смысле. Ну, не бегут в огромном количестве оттуда мигранты, как из Таджикистана или из Узбекистана. Тем не менее я считаю, что базово в миграционной сфере нужно наводить порядок, и поэтому введение визового режима — это важная мера. Я же не говорю, что нужно закрыть въезд, упаси бог, с Казахстаном, с Арменией или с Грузией. Ну, конечно, нет. Но визовый режим мы должны ввести.

«Алексей, скажите, пожалуйста, почему в вашей программе очень мало места уделено внешней политике?» — Эмиль Керимов спрашивает меня.
Потому что я считаю, что Россия должна сконцентрироваться на внутренней политике. А идея внешней политики должна заключать как раз сближение с развитыми и богатыми странами в торговле и направление ресурсов внутрь страны. Я поэтому и не стал расписывать все вот эти «сирии», геополитику и всю вот эту чушь, которую сейчас Путин очень любит. Потому что главное, о чём мы должны заботиться, — это граждане России.

«Грудинин — продукт Кремля».
Все политики, допущенные на эти выборы, они, конечно, продукты Кремля. Просто кто-то может вести себя более достойно, кто-то ведёт себя менее достойно. Но я надеюсь, повторюсь: я мало знаю про Грудинина, кроме YouTube роликов, но мне кажется, что он является одним из кандидатов, которые в этой избирательной кампании постараются себя вести более достойно.

«Настоящая оппозиция критикует с конкретикой, называя фамилии и суммы, а спойлеры вроде Собчак и Грудинина лишь воду льют и говорят общими фразами».
Правильно, в этом мы и увидим кандидатов. Те люди, которые будут критиковать Путина персонально, пытаясь отнять у него голоса, будут более-менее похожи на нормальных кандидатов. А «мы будем критиковать, не переходя на личности» — это люди, которые подыгрывают Путину.

В администрации президента сели и примерно прикинули: «Нам нужно получить 70%. Кого нам пригласить на выборы?» И вот, посчитали, что Жириновский возьмёт 15%, Зюганов не хочет — поставим кого-то, и он возьмёт 12%, все остальные получат по 1%. Процент на этих выборах уже предопределен: у Путина будет больше 70 процентов.

Вы можете идти на выборы, можете пытаться изобразить консолидированное голосование за какого-то из кандидатов — это не имеет никакого значения, потому что вопрос победы Путина и высокого процента уже предрешён. Это не выборы — это переназначение Путина.

Единственная возможность вырваться из этой матрицы и не помогать им на этих выборах, а бороться с ними, наносить политический ущерб — это участие в нашей забастовке избирателей. Если они считают, что мы, избиратели, — просто работники, которые должны молча выполнять всё, что они посчитают нужным, что мы не имеем права выдвигать своего кандидата, мы объявляем забастовку.

Мы не работники больше, мы не люди в синих робах, которые по гудку приходят на избирательный участок и голосуют, неважно, что написано в бюллетене.

Участвуйте в забастовке избирателей, приходите на акцию 28 января своём городе, найдите группу своего города и вступите в неё. Распространяйте листовки, распространяйте информацию, записывайтесь в наблюдатели. Мы будем бороться за свою страну!

Я увижусь с вами 4 января уже в следующем году. Всех с Наступающим! Счастливо!

Поддержать кампанию
Программа передач
Расписание прямых эфиров на канале Навальный LIVE
КактусПн–пт, 9:00
НовостиПн–пт, 12:00, 15:00, 19:00
ЮрфакВт, 17:00
ОблакоВт, 19:30
ШтабСр, 17:30
Подпишитесь на рассылку
чтобы получать короткий обзор лучших постов недели